Добро пожаловать, Гость!24 Апр 2026, 15:15:21
Войдите или зарегистрируйтесь.
1 час 1 день 1 неделя 1 месяц Навсегда 

[надоело:)]

Привет!
Конечно пиши

[Heksa]

Добралась я до этой темы и на одном дыхании прочла все. Жду продолжения

[ElenaSmitt]

Солевая пробежка.


Когда Виталик выскользнул голый в подъезд, мой мозг стал судорожно соображать, что же делать. И в первые же секунды я схватила его джинсы и олимпийку и кинулась вслед за ним.
 Он побежал вверх по лестнице, и я поняла, что если побегу за ним, то это может его напугать, и он залезет на крышу или ещё что-нибудь, поэтому я крикнула ему:

— Виталик, твои вещи тут!

И просто кинула на лестницу его вещи и зашла в полнейшем шоке в квартиру.
 Дверь, естественно, на замок я не закрыла.
И вот представьте, в каком положении я оказалась.

 Он бегает где-то по подъезду, а может, уже и по улице в чём мать родила. А я осталась в квартире, где царит полнейший хаос. Мебель перевёрнута, кругом посуда, шприцы, бутылки, фальгушки, на полу лужи, разбросанные вещи, а также все принадлежности для расфасовки: типа изоленты, весов и кучи маленьких пакетиков, которыми был усыпан весь пол.

 Помню, я стояла посреди комнаты и в диком ужасе осознавала, что же происходит...
 А происходило то, что так называемый мой спаситель, который клялся и божился, что всё будет хорошо, просто оставил меня одну в квартире, наполненной вещдоками! И бегает там без одежды, привлекая внимание людей!
 А ещё не забываем, что я сама была под солью, и представьте, какая лютая измена накрыла меня в тот момент...

Я не знала, что мне делать. Если бы я была хоть немного физически в состоянии, я бы начала, наверное, прибираться в квартире, хотя бы чуть-чуть. Раньше это всегда меня успокаивало. Но сделать этого я не смогла.

 Я позвонила тому самому Петру и рассказала, что у нас происходит, попросила его приехать и поискать Виталика, так как выйти из квартиры я сама не могла. Он пообещал, что приедет.
 Прошло где-то около часа, я всматривалась в окно — не видно ли где Виталика. Никто так и не приехал, и тогда я, немного собравшись с силами, решила всё-таки пойти поискать Виталика сама.
 Я взяла с собой немного мелочи и решила дойти как раз до аптеки в соседнем доме, купить карвалол.

 Когда я открыла дверь, то увидела, что его вещей нет. Я очень надеялась, что это он их надел, а не просто какой-то прохожий забрал.
 Я прошлась по лестнице до верхнего этажа, но там Виталика не оказалось. Тогда я решила спуститься вниз и посмотреть около подъезда, я надеялась, что он где-то рядом с домом.
 Спустившись, я обошла дом несколько раз и даже спрашивала у алкашей во дворе, не видели ли они тут странного парня. Безрезультатно.

Я пошла до аптеки, купила карвалол, искала его везде глазами, но его нигде не было.
 Выкурив сигарету возле подъезда, я решила вернуться в квартиру, очень надеясь на то, что приду и он будет там.
 Но его всё также не было.

 В два подхода я выпила пол пузырька карвалола и сразу же почувствовала облегчение: моё тело расслабилось, на плечи навалилась приятная тяжесть, и даже в голове напряжение и тревога немного отступили.
 Я подумала, что сделала всё, что могла, и теперь единственное, что мне остаётся — это просто ждать.
 Прошло ещё около часа. И тут я услышала, как открывается входная дверь.
Это был он! Слава богу, одетый и один!

 Вид у него был уже более-менее нормальный, не то чтобы совсем, но значительно лучше, чем когда я видела его последний раз. Глаза уже не излучали только лишь звериный страх, отчаяние и злость. В них стал угадываться мой любимый Виталик.
 Я обняла его и начала плакать, до этого времени я ещё как-то держалась, а тут словно сорвало резьбу, и слёзы лились как из крана, принося с собой облегчение...
 Я спросила его:

— Где ты был?!!

 — Я просто бегал.

Кстати, забыла сказать, что перед тем, как выбежать в подъезд, он посмотрел в окно и сказал:
 «Птички летают не просто так!!!»
И вот он мне объяснил, что увидел, как несколько птиц вспорхнули с дерева за окном, и он подумал, что всё, спецназ близко, лезут по деревьям к нам в квартиру))) Поэтому он решил спасаться бегством.
 А на мой резонный вопрос о том, почему же он бросил меня, он, как обычно, ответил, что просто был невменяемый, и в голове не было никаких мыслей, кроме страха и подозрений.
 А я попала под подозрение, потому что от нервов и психостимуляторов у меня начинался нервоз — то есть непроизвольно дёргались руки, я их сжимала, выламывала, размахивала ими, а он интерпретировал это как то, что я подаю знаки спецназовцам — канатоходцам за окном.
 Ну, в общем, типичный параноидальный психоз...

 Когда он выбежал в подъезд, то подумал, что его хотят брать с крыши, и он спустился по лестнице, взял одежду, оделся и выбежал на улицу. И просто бежал куда глаза глядят, делая вид, что он просто спортсмен на пробежке))
 Ещё он сказал, что на свежем воздухе ему стало гораздо легче, шиза вроде отпустила, но я видела, что ещё не до конца, а ещё — что он что-то не договаривает...

Я заставила его выпить оставшиеся пол пузырька карвалола, мы вроде немного успокоились и решили, что нужно отдохнуть, возможно, поспать.
 Он отрубился быстро, а я всё ещё ворочалась, но вскоре и у меня стали закрываться глаза.
 Только я начала погружаться в сон, как на всю квартиру раздалась трель дверного звонка.
 Я вздрогнула, перепугалась, ведь Петру я уже писала, что у нас всё нормально и Виталик нашёлся, он не должен был прийти. Никого, кроме нежданных гостей, там быть не могло.

 Звонили настойчиво, несколько раз, подолгу не убирая палец со звонка…


Продолжение следует...

[Heksa]

На самом интересном месте! )) (с)

[ElenaSmitt]

Последствия марафона.


Услышав непрекращающийся звонок в нашу входную дверь, я еле растолкала Виталика. Он сначала вообще не хотел открывать, но потом всё же мы решили открыть.
Как только он открыл дверь, я услышала мат, крики и вопли. Это была соседка, и она кричала, что напишет заявление в полицию! Я вообще сначала не поняла, в чём дело.
Когда он захлопнул перед ней дверь, я попросила его объяснить.
 И он мне рассказал то, что не договаривал, когда пришёл.

 Короче, когда он бегал по улице, он увидел какую-то девчонку, и ему показалось, что это я (у него и так было очень плохое зрение, а тут он был без очков и под солью). Вообще он подумал, что это я его преследую, и начал орать на эту девушку матом. Что он там ещё ей нёс — я даже не представляю.
 А это оказалась 15-ти летняя дочка соседки. И он не сразу понял, что обознался...
Ещё соседка, естественно, кричала, что позвонит нашей хозяйке и что мы, наркоманы проклятые, тут жить не будем.
 Я поняла, что запахло жаренным...
 Как же это всё не вовремя! Я так устала, так хотела спать, психика была истощена до предела.
Но и это ещё не все беды! Я почувствовала, что у меня очень болит палец на ноге, и когда я глянула на него, то пришла в настоящий ужас!

Во время всего этого марафона, когда Виталик гонял меня по квартире, я ударилась ногой о большое зеркало, которое стояло у стены, без всякой рамки, с острыми краями.
 И среди всей этой шизофрении я вообще внимания не обратила на небольшой порез, да и боли никакой не чувствовалось. Даже не перемотала палец и ходила по грязному полу, где помимо мусора, пепла, были ещё и рассыпанные кристаллики соли.
  И вот теперь я взглянула на ногу и ужаснулась! Палец был весь красный, нет — даже бордовый, распух, увеличился в размерах раза в 3–4! А также стал болеть с каждой минутой всё больше. Пульсировал от боли и казалось, что сейчас он просто взорвётся!
 Я кое-как промыла рану и намазала какой-то мазью, с надеждой на то, что оно пройдёт само собой.

Виталик уже храпел и ни о чём не беспокоился. А я была вся на нервах, думала: сейчас или менты придут, или хозяйка. Но она нам пока не звонила.
 Я прилегла абсолютно обессиленная рядом с Виталиком и тут же вырубилась. Даже не заснула, а просто как будто потеряла сознание...
Не знаю, сколько мы проспали, но проснулась я от адской боли и температуры.
 Посмотрев на свой палец, я поняла, что всё плохо, что явно само оно уже не пройдёт. Тем более поднялась температура, а это значит, что идёт заражение. В этом случае есть угроза сепсиса — то есть заражения крови и смерти!
Мне стало очень страшно, с ужасом я понимала, что без разреза и чистки уже вряд ли обойдётся...
 Боже мой! Ещё одна операция! Мне становилось плохо, как только я начинала даже думать об этом.

Я разбудила Виталика, и он тут же вызвал скорую. Он почему-то думал, что скорая мне чем-то поможет... Ну а если нет, то хотя бы довезут меня в больницу, ведь денег у нас не было.
Врач со скорой сказал, что нужно срочно резать, ехать в какую-то больницу, дал адрес, и бригада скорой уехала.
 Где-то мы нашли деньги на такси и стали собираться.
 Я вообще думала, что меня сейчас положат в больницу, как тогда, когда мне резали ногу из-за грязного раствора.

Мы приехали в какое-то старое советское здание, видно, ещё сталинских времён.
 Как только мы зашли, в нос сразу ударил запах сырости.
 На высоченных потолках краска была облуплена, а кое-где вообще были отвалившиеся куски штукатурки, откуда капала вода, так как на улице был дождь. Но под капли на полу стояли кем-то заботливо расставленные вёдра и тазики.
   Перед входом в нужное нам отделение были огромные высокие двери, покрытые белой краской, и по одну сторону коридора стояла грубая деревянная лавка, на которой сидели люди.
 Народу было немного — каких-то два алкаша и два жителя ближнего зарубежья.

 Где-то минут через 40 мы наконец-то дождались врача. Это был хмурый седовласый, усатый мужик лет 65-ти. Как только он ко мне подошёл, чтобы осмотреть (прям в коридоре!), он сразу же бросил подозрительный взгляд на мои руки, затем лицо и спросил: — Наркоманка? Я кивнула.
 Он попросил снять носок и показать палец. Посмотрев, он сказал, чтобы мы ожидали, и что за мной придёт медсестра.

У меня начался сильнейший мандраж, руки и ноги затряслись от страха, я побледнела, зрачки расширились и стала задыхаться, как на солевом приходе.
 Я ещё так разнервничалась, потому что врач сказал, что резать будут под местным наркозом, а это, учитывая, что у меня сильнейшее гнойное воспаление, считай — наживую!
  Виталик как мог меня успокаивал. Мы ждали уже довольно долго, и меня чуть отпустило. Я всё-таки возлагала надежды на наркоз и немного успокоилась.

Наконец-то подошла моя очередь, медсестра вышла и сказала мне следовать за ней. Уже отойдя несколько метров, я услышала, как Виталик говорит с кем-то по телефону, я обернулась, мы встретились с ним глазами, и я увидела в них огромный страх и растерянность... Он держал телефон у уха, а сам стал ходить от одной стены коридора до другой и нервно теребить края куртки.

Ну а за мной захлопнулась дверь операционной, и врач сказал мне раздеваться...

Продолжение следует...

[Макмерфи]

Пишите продолжение!

[Vasiliy327]

Продолжайте уже) Ждем

[ElenaSmitt]

Всем привет, ребят. лежала в больнице, не было доступа к ноутбуку. Скоро навалю вам контента, обещаю))

[ElenaSmitt]

Последствия марафона.
 Часть 2.


В операционной посередине стояли две кушетки, судя по всему — для оперируемых, а также стол с инструментами.
 Сверху торчали огромные старые медицинские лампы.
 Вообще весь этот интерьер походил на советский и какой-то допотопный.
У меня было очень плохое предчувствие.

 Я разделась и легла на одну из кушеток. В глаза сразу ударил неприятный свет.
 Кушетка была холодной, и я стала трястись от холода и нервов.
Зашла медсестра и стала что-то подготавливать.
 Врач-дедок возился со шприцами и ампулами.
 На мои вопросы типа «а что за наркоз, какое лекарство?» он не отвечал, просто игнорил меня. И весь его вид говорил о том, что мол сами виноваты, теперь молчите и терпите.
 Судя по всему, у него тут был целый поток таких наркоманов и алкашей со всевозможными абцессами, флегмонами, гнившими конечностями и прочей гадастью. И для него это было обыденностью, от которой он жутко устал.
Он сделал какой-то укол и сказал: «Ждём минут 10».
 Я очень разволновалась, ведь боль была такая сильная, что я даже представить себе не могла, какая она будет, если это место начать резать и чистить...

Прошло время, и он сказал медсестре взять меня за ноги и крепко держать.
 И... резанул.
 Я начала кричать. Было ооочень больно, как будто вообще никакого наркоза не было!
 Он резанул один раз и отвлёкся на какие-то инструменты. У меня была временная передышка. Я лежала, стонала, смотрела в потолок, а с глаз по бокам градом катились слезы.
Буквально через минуту он вновь взялся за мой палец, стал там что-то ковырять, давить его.
 Боль была такая, что я просто не могла не кричать.
 Так повторялось три раза: он на несколько секунд переставал, а потом снова...
Наконец-то всё закончилось, мне намотали огромный слой бинтов почти до колена.
 Сказали идти в коридор и ждать выписку.

 Наступать на ногу я, естественно, не могла, ну так только чуть-чуть на пятку.
 Кое-как доковыляла до двери.
 Я ужаснулась, когда увидела, что моего Виталика нет!
 Стала звонить ему. Слава Богу, он просто выходил покурить.
 Мы присели возле выхода на лавочку и стали ждать медсестру с выпиской и рекомендациями.
Я спросила Виталика, кто ему звонил и что случилось. Он сказал, что звонила хозяйка квартиры и сказала, чтобы мы немедленно заплатили за жильё.

 Про тот случай с соседкой, как ни странно, она ничего не спросила.
 Мы стали думать, где взять денег, нам нужно было по любому остаться там, ведь тащиться в какой-то грязный притон в таком моём положении — это просто опасно, нужна стерильность и ежедневные перевязки. Я не хотела, чтобы это всё повторилось, если рана опять загноится или вообще лишиться ноги.

Тем временем подошла медсестра и отдала бумажку. Там было написано, что была проведена операция по вскрытию флегмоны и что выкачано 2 куба гноя! А также что нужны ежедневные перевязки и список из нескольких антибиотиков.
Одеть обувь на ногу я, естественно, не могла, поэтому мы просто намотали пакет, чтоб хоть как-то дойти до такси.
 Как назло, на улице ещё шёл противный дождь, и везде были лужи.

Мы приехали. Виталик всю дорогу названивал своей матери, объяснял наше тяжёлое положение и просил занять денег на оплату квартиры. Но она предлагала ему только дать денег на квартиру посуточно — на сутки-двое, а потом, чтоб он меня бросил и ехал на поезде домой. Естественно, с таким раскладом он не соглашался.
Мне вообще было жутко плохо — то ли из-за нервов, то ли из-за этой раны, опять поднялась температура.

 Я лежала обессиленная на диване и закрывала уши от криков ругани Виталика с мамой.
 И тут я лазила у себя в телефоне и решила от чего-то зайти в свой онлайн-банк.
 Мои глаза полезли на лоб от удивления, когда я увидела там сумму! Оказывается, мне сегодня пришла пенсия, так как впереди были выходные, и её начислили пораньше! А я про это совсем забыла.
Я позвала Виталика и сообщила ему эту радостную новость.
 Всё! Слава Богу! Нам есть где жить ещё ближайший месяц, думала я. Правда, совсем без денег, ведь нужно было отдать всю пенсию, но это ничего — что-нибудь придумаем.
 Но всё повернулось совсем неожиданным образом...

Мы договорились, что переведём сегодня деньги хозяйке, так и сделали. Но после того, как деньги поступили к ней на счёт, она написала, что приедет к нам на днях посмотреть, что да как.
 Опа! Я уже почувствовала неладное.
 А больше всего пугало то, что мы оставались теперь совсем ни с чем. И в случае чего мы просто окажемся на улице, ведь никакого договора мы с ней не заключали...
Я умоляла Виталика не дрыхнуть целыми днями, а прибраться дома, ведь в квартире был лютый бардак. Меня это и саму жутко напрягало, да и хозяйка будет в шоке, если увидит, что у нас тут творится.
 А ещё меня бесило то, что я сама больше не могу наводить порядки, а я очень любила заниматься уборкой.
 Раньше в любой непонятной ситуации я начинала наводить порядки) Даже на шизе меня это успокаивало. А на отходах так обязательно — чтоб подзаебаться и быстрее вырубиться.
На следующий день нам пришлось ехать в больницу на перевязку, так как в ране ещё стоял дренаж, и трогать это всё самой мне было страшно.
 При перевязке я смотрела, как это делается, и в следующий раз уже сделала это сама, правда всё равно, конечно, не так, как профессионально.

Ещё пару дней мы прожили спокойно. За это время Виталик даже привёл квартиру в более-менее божеский вид.
 И вот утром позвонила хозяйка и сказала, что едет к нам.
 Виталик тут же начистил картошки и поставил жарить, сказал, что запах жареной картошки создаст ощущение домашнего уюта))
Мы встретили хозяйку. Это была довольно грузная, пышная женщина лет 60-ти.
 Она прошлась по всем комнатам, заглянула даже на балкон. И везде делала замечания: мол, то не так, это не так, это испортили, это не починили. Ну и всё в таком духе.
 А потом вошла в зал, вальяжно села в кресло и сказала:

 — Собирайте вещи, голубчики!

[ElenaSmitt]

На улице


Слова хозяйки о том, чтобы мы немедленно выметались, конечно, повергли меня в шок!
 Боже! Что делать? Куда идти? Да и как?
 Чувствовала я себя не очень: палец на ноге ещё сильно болел, да и передвигаться по улице я не могла, ведь нога забинтована и, естественно, никакую обувь на неё невозможно было ещё обуть.
 Вдобавок к этому у Виталика кончились его таблетки, на которых он плотно сидел несколько лет (Лирика, габапентин).
 Его кумарило.

 Как он мне рассказывал, он подсел на них очень давно, когда при ломках от героина попробовал, а потом его мать купила ему несколько упаковок этих препаратов, и у него оказалось в наличии около тысячи капсул. Она считала, что пусть уж лучше есть таблетки, чем колется... И он стал их употреблять в немеренных количествах.
Но делать было нечего, и мы вынуждены были собираться.

 Хозяйка всё также сидела в кресле и пристально наблюдала за нашими сборами, боялась, видимо, чтоб чего лишнего не прихватили. А ещё постоянно поторапливала.
 Она сказала, что если мы не хотим, чтоб соседка написала заявление на Виталика за то, что тот якобы приставал к её дочери, то мы должны просто немедленно исчезнуть отсюда.
 Виталик попросил её вернуть нам деньги, которые мы заплатили за ещё месяц проживания, но она, естественно, не вернула.
Я сидела в зале на диване, а Виталик собирал со всей квартиры наши пожитки и приносил мне. А я уже под её контролем укладывала это в сумки.

 Виталик даже не мог никому позвонить: как только он останавливался и начинал звонить (кому? Естественно, своей маме), она начинала орать, чтобы он быстрее собирал вещи, типа «потом будете решать свои проблемы, не у неё».
Кто во всём этом виноват? Конечно же мы оба, но тогда я чувствовала себя в роли жертвы и во всём обвиняла Виталика, хотя и понимала, что на мне тоже есть вина, но не хотела этого принимать.
 Бедный мой Виталик, я смотрела на него и видела, что взгляд у него как у загнанного зверька.
 Я всегда его чувствовала, чувствовала, что творится у него в душе, даже на расстоянии.
 И вот сейчас видела, как ему обидно, досадно, как он растерян, зол на себя, и от этого становилось ещё больнее. Ведь я ничем не могу помочь, потому что полностью доверилась ему, и вся ответственность за нас обоих тоже была на нём.
 А он не рассчитал свои силы, и для него это оказалось слишком...

Собраться получилось часа за два, хозяйка буквально выпихнула нас из квартиры.
 И вот мы оказались на улице...
 Идти, естественно, я никуда не могла, и поэтому мы просто дотащили сумки до соседнего подъезда. Там была лавочка, и мы расположились на ней.
 Вариант идти жить в грязный притон к малознакомым наркам мы оставили на совсем уж крайний случай.
 Виталик вновь стал звонить своей матери, кричал, ругался матом. В итоге его мать всё-таки перевела ему деньги на квартиру посуточно. А как же, ведь её дитятко осталось на улице голодное, холодное. Он также выпросил денег на таблетки, и ему ещё предстояло бегать по аптекам, ведь он не знал, где в этом городе они продаются без рецепта.

Мы долго искали квартиру где-нибудь тут рядышком, но никак не удавалось. Нашли аж на другом конце города, но время уже поджимало, мы устали и замёрзли, поэтому деваться было некуда.
 Мы приехали в какую-то многоэтажку в довольно неплохом районе.
 В этом доме была «Пятёрочка», и Виталик сразу зашёл туда и взял себе какой-то алкогольный коктейль.
 Вообщем, кое-как мы добрались до квартиры.

 Виталик сразу же начал бухать в надежде облегчить своё состояние без таблеток.
 А я легла и стала просматривать варианты, где можно занять хотя бы какую-то сумму денег и снять комнату. Я всё-таки надеялась, что всё решится.
Виталик выпил и сказал, что ему стало чуть-чуть легче, хотя бы голова стала работать. И снова начал разговаривать со своей матерью по телефону. Она не говорила ничего определённого, а сказала, что подумает до завтра.
 Я понимала, что если она и вышлет денег, то это будет совсем небольшая сумма. И мы будем сильно ограничены в финансах при выборе жилья.

 Я просматривала варианты за 5–6 тысяч. Это уже были комнаты в общежитиях. Они были то без мебели, абсолютно голые стены, то прям так и написано, что с тараканами, то нужно было ждать, уже с кем-то договорились. А времени у нас не было...
 Нужно было не ошибиться в выборе, ведь мы не могли по сто раз разъезжать и просто смотреть, нам нужно было ехать с всеми вещами и сразу заселяться.
 О том, что же будет дальше, на тот момент даже думать было некогда. Тут уже задача стояла хотя бы просто найти крышу над головой.
К сожалению, к ночи мы так и не нашли подходящих вариантов и не определились, куда нам двигаться дальше.

 Это была мучительная ночь для нас обоих.
 Виталик так вообще измучился: он обошёл ближайшие аптеки, но ему нигде не продали нужные ему таблетки, требовали рецепт.
 Алкоголь его отпустил, и стало совсем плохо. Всю ночь он ворочался, не находил себе места, извивался на кровати от боли, выкручивающей суставы. Был весь потный, мокрый и злой...
 Я сделала себе перевязку и поняла, что мне нужно немного поспать, ведь всё равно ночью ничего не решить.

Проснулась я около 9 утра. А в 12 дня нам нужно было уже выехать из этой квартиры...

[ElenaSmitt]

Общага.


Наступило утро. К 12-ти часам дня нам нужно было выехать из этой квартиры, ведь мы сняли её только на сутки.
 После долгих уговоров мать Виталика всё-таки перевела ему энную сумму. Сумма была очень небольшая, и я стала экстренно искать хоть какую-нибудь комнату.
 Я звонила по объявлениям на Авито уже всем подряд — с тараканами, не с тараканами — уже выбора не было.
 И только к 11-ти часам мы наконец-то договорились с каким-то парнем. Он был не против, что мы приедем и сразу же заселимся.
 И вот, когда время уже совсем поджимало, мы выдвинулись на новое место жительства — навстречу неизвестности...

Эта комнатушка была в старой девятиэтажной общаге, в самом злачном левобережном районе города Воронежа.
 Мы вышли из такси, и сразу же в глаза бросилась разливуха в этом же доме и компания из нескольких напрочь пропитых рож возле неё. Они пили водку из пластиковых стаканчиков без всякой закуски и громко матерились.
 Когда мы заходили в подъезд, я видела, как алкаши провожают нас взглядом.
 Это была типичная общага, каких тысячи по всей стране.

Нас встретил хозяин комнаты — это был высокий, довольно упитанный молодой человек лет 27-ми.
 Сразу за дверью подъезда был огромный холл со старыми деревянными полами с обшарпанной коричневой краской.
 Мы поднялись на второй этаж, прошли сначала один небольшой коридорчик на четыре двери, потом зашли в ещё один, уже побольше — там и находилась наша комната.
 Этот хозяин, кстати, жил в соседней с нашей комнате. Как он нам рассказал, эти две комнаты достались ему от отца: в одной он жил, одну сдавал.
 Мы перевели ему 7 тысяч, и он дал нам ключи, показал, как открывать замок, и скрылся у себя за дверью.

Когда мы открыли дверь, в нос сразу же ударил резкий затхлый запах табака, старых прокуренных стен и мебели. Чувствовалось, что комната давно не проветривалась. Запах стоял просто отвратительный.
 Из мебели был старый засаленный диван и такое же кресло. Вместо стола — школьная парта, небольшой шкаф и древний холодильник.
 Обои, окна, потолок и холодильник были в желтовато-коричневом налёте. Видимо, курили в этой комнате не один десяток лет.
 Из посуды была одна маленькая кастрюлька, сковородка и пару тарелок. Первое время мы даже пили чай в обрезанных пластиковых бутылках.
Все удобства, естественно, были общественного пользования.
  Дальше по коридору сначала была комнатка с несколькими раковинами и дверью в туалет и душ. Чуть дальше — большая кухня, по обе стороны которой были старые электрические печки, на которых, чтобы нагреть небольшую кастрюлю воды, нужно было ждать минут 30–40.
 Из соседей, которые сразу попались на глаза, были женщина с мужем-алкашом из соседней комнаты и какие-то мигранты.
Но больше всего дискомфорт доставляло то, что у нас не было даже постельного белья. В комнате хоть и валялась какая-то подушка, но лежать на ней лицом, естественно, мы не стали.
 Поэтому спали мы в одежде, а вместо подушек я свернула наши куртки и натянула на них футболки.
 Первое время мы ещё боялись, что вдруг там клопы или тараканы, но слава богу, ничего этого не было.

 Из комнаты мы старались лишний раз не выходить и сидели там тихонечко, думали о своей нелёгкой житухе...
Виталик пошёл обходить ближайшие аптеки в поисках препаратов, на которых он плотно сидел. Нашёл в одной аптеке неподалёку, но только аналог, который стоил дороже (Катэна).
 Денег не осталось — от слова совсем.
 Несколько дней мы питались серым хлебом из "Пятёрочки" за 15 рублей и самым дешёвым паштетом.
 Не знаю почему, но Виталик ни в какую не хотел идти никуда работать, а только пиздел со своим новым другом Петей о вариантах устроиться закладчиком на метадон. Этот Петя, кстати, забегал к нам несколько раз, чтобы сварить и уколоться, ну и нас тоже угощал.

Я вообще была в полной растерянности. Всё больше приходило понимание, что это совсем не то светлое будущее, на которое я надеялась. И не в первый раз я убеждалась в том, что человек, который со мной рядом, абсолютно ненадёжный — с ним я не чувствую себя в безопасности и, также как и мой предыдущий муж, он не умеет зарабатывать деньги. А для меня это всё было очень важно.
А ещё мне не давали покоя воспоминания о том, как он вёл себя под солью. Хоть он и объяснял это всё наркотическим опьянением и лютейшей шизой, но в голове у меня не укладывалось, как можно себя так вести по отношению к любимому человеку, в каком состоянии бы ты ни находился.
 Я не понимала, как можно подумать даже в таком состоянии, что я хочу ему зла или что я заодно с мерещимися ему омоновцами.
А больше в этой всей ситуации меня шокировало и огорчало то, что в такой экстренной ситуации, ведь он на тот момент думал, что это всё происходит на самом деле, — так вот в этой ситуации, когда нас окружают омоновцы, да и вообще все менты города, он поступал как подлый трус, предатель!
 И я видела своими глазами, как при мне человек в полнейшей ужасе, наплевав на меня, на наши чувства, просто смывает везде свои отпечатки пальцев, раздевается догола, чтобы ему никуда не подкинули наркотики, и громко говорит для якобы слушающих нас ментов, что это я принесла столько н@ркотиков в дом!
 Да какая бы шиза у меня ни была, я так не вела себя — ни то что с любимым человеком, вообще ни с каким!

Всё это, конечно, не давало мне покоя, но такой вариант, как уйти от него, я не рассматривала, потому что слишком была влюблена и не думала мозгами, да и рассудок от наркотиков был затуманен.
  Так прошло, наверное, около двух недель. Нам совсем нечего было ни есть, ни курить. Виталик ходил стрелял сигареты у алкашей возле разливухи, мог и стаканчик с ними опрокинуть, если нальют.
 А питались мы просроченными продуктами, которые выкидывали местные магазины. Также я воровала еду в "Пятёрочке".
 Из-за всего этого я сильно психовала, истерила, у меня даже случился нервный срыв.
   Мать Виталика звала его уже вместе со мной ехать опять жить к ним в Сибирь, но я не хотела ехать, потому что там мы уже жили и там со мной случилась трагедия.
 Виталик тоже отказывался — хотел доказать своей матери, что он уже взрослый и может жить самостоятельно. Правда, он с этим запоздал лет на двадцать))

В итоге Виталик не придумал ничего лучше, чем снова написать в популярный солевой магазин, славившийся среди наркоманов очень плохой репутацией...


Продолжение следует...

[Васька]

Нахуя это на мотыле не пойму,ничитают?

[Деня4]

Нахуя это на мотыле не пойму,ничитают?

Вообще вопрос бестактный! Творчество! Не нравится не читай

[Heksa]

Нахуя это на мотыле не пойму,ничитают?

Хороший слог, интересный сюжет. Я и Ширянова читала и даже перечитывала как-то))) Ну и плюс - читаю и холодок пробегает, что я по ниточке прошла и вырулила, а могла попасть. Вот то, что меня бы ждало по итогу, с другим человеком, с другими вводными, но тем не менее, схожесть есть. И это своеобразно завораживает.

[izabella]

Нахуя это на мотыле не пойму,ничитают?

Хороший слог, интересный сюжет. Я и Ширянова читала и даже перечитывала как-то))) Ну и плюс - читаю и холодок пробегает, что я по ниточке прошла и вырулила, а могла попасть. Вот то, что меня бы ждало по итогу, с другим человеком, с другими вводными, но тем не менее, схожесть есть. И это своеобразно завораживает.

Мда уж у каждой девушки употребляющий наверное был такой Педалик в жизни

[Goodboy]

Нахуя это на мотыле не пойму,ничитают?

Хороший слог, интересный сюжет. Я и Ширянова читала и даже перечитывала как-то))) Ну и плюс - читаю и холодок пробегает, что я по ниточке прошла и вырулила, а могла попасть. Вот то, что меня бы ждало по итогу, с другим человеком, с другими вводными, но тем не менее, схожесть есть. И это своеобразно завораживает.

Мда уж у каждой девушки употребляющий наверное был такой Педалик в жизни

И у каждого Педалика така девушка)

[Vinsent Vega]

Общага.


Наступило утро. К 12-ти часам дня нам нужно было выехать из этой квартиры, ведь мы сняли её только на сутки.
 После долгих уговоров мать Виталика всё-таки перевела ему энную сумму. Сумма была очень небольшая, и я стала экстренно искать хоть какую-нибудь комнату.
 Я звонила по объявлениям на Авито уже всем подряд — с тараканами, не с тараканами — уже выбора не было.
 И только к 11-ти часам мы наконец-то договорились с каким-то парнем. Он был не против, что мы приедем и сразу же заселимся.
 И вот, когда время уже совсем поджимало, мы выдвинулись на новое место жительства — навстречу неизвестности...

Эта комнатушка была в старой девятиэтажной общаге, в самом злачном левобережном районе города Воронежа.
 Мы вышли из такси, и сразу же в глаза бросилась разливуха в этом же доме и компания из нескольких напрочь пропитых рож возле неё. Они пили водку из пластиковых стаканчиков без всякой закуски и громко матерились.
 Когда мы заходили в подъезд, я видела, как алкаши провожают нас взглядом.
 Это была типичная общага, каких тысячи по всей стране.

Нас встретил хозяин комнаты — это был высокий, довольно упитанный молодой человек лет 27-ми.
 Сразу за дверью подъезда был огромный холл со старыми деревянными полами с обшарпанной коричневой краской.
 Мы поднялись на второй этаж, прошли сначала один небольшой коридорчик на четыре двери, потом зашли в ещё один, уже побольше — там и находилась наша комната.
 Этот хозяин, кстати, жил в соседней с нашей комнате. Как он нам рассказал, эти две комнаты достались ему от отца: в одной он жил, одну сдавал.
 Мы перевели ему 7 тысяч, и он дал нам ключи, показал, как открывать замок, и скрылся у себя за дверью.

Когда мы открыли дверь, в нос сразу же ударил резкий затхлый запах табака, старых прокуренных стен и мебели. Чувствовалось, что комната давно не проветривалась. Запах стоял просто отвратительный.
 Из мебели был старый засаленный диван и такое же кресло. Вместо стола — школьная парта, небольшой шкаф и древний холодильник.
 Обои, окна, потолок и холодильник были в желтовато-коричневом налёте. Видимо, курили в этой комнате не один десяток лет.
 Из посуды была одна маленькая кастрюлька, сковородка и пару тарелок. Первое время мы даже пили чай в обрезанных пластиковых бутылках.
Все удобства, естественно, были общественного пользования.
  Дальше по коридору сначала была комнатка с несколькими раковинами и дверью в туалет и душ. Чуть дальше — большая кухня, по обе стороны которой были старые электрические печки, на которых, чтобы нагреть небольшую кастрюлю воды, нужно было ждать минут 30–40.
 Из соседей, которые сразу попались на глаза, были женщина с мужем-алкашом из соседней комнаты и какие-то мигранты.
Но больше всего дискомфорт доставляло то, что у нас не было даже постельного белья. В комнате хоть и валялась какая-то подушка, но лежать на ней лицом, естественно, мы не стали.
 Поэтому спали мы в одежде, а вместо подушек я свернула наши куртки и натянула на них футболки.
 Первое время мы ещё боялись, что вдруг там клопы или тараканы, но слава богу, ничего этого не было.

 Из комнаты мы старались лишний раз не выходить и сидели там тихонечко, думали о своей нелёгкой житухе...
Виталик пошёл обходить ближайшие аптеки в поисках препаратов, на которых он плотно сидел. Нашёл в одной аптеке неподалёку, но только аналог, который стоил дороже (Катэна).
 Денег не осталось — от слова совсем.
 Несколько дней мы питались серым хлебом из "Пятёрочки" за 15 рублей и самым дешёвым паштетом.
 Не знаю почему, но Виталик ни в какую не хотел идти никуда работать, а только пиздел со своим новым другом Петей о вариантах устроиться закладчиком на метадон. Этот Петя, кстати, забегал к нам несколько раз, чтобы сварить и уколоться, ну и нас тоже угощал.

Я вообще была в полной растерянности. Всё больше приходило понимание, что это совсем не то светлое будущее, на которое я надеялась. И не в первый раз я убеждалась в том, что человек, который со мной рядом, абсолютно ненадёжный — с ним я не чувствую себя в безопасности и, также как и мой предыдущий муж, он не умеет зарабатывать деньги. А для меня это всё было очень важно.
А ещё мне не давали покоя воспоминания о том, как он вёл себя под солью. Хоть он и объяснял это всё наркотическим опьянением и лютейшей шизой, но в голове у меня не укладывалось, как можно себя так вести по отношению к любимому человеку, в каком состоянии бы ты ни находился.
 Я не понимала, как можно подумать даже в таком состоянии, что я хочу ему зла или что я заодно с мерещимися ему омоновцами.
А больше в этой всей ситуации меня шокировало и огорчало то, что в такой экстренной ситуации, ведь он на тот момент думал, что это всё происходит на самом деле, — так вот в этой ситуации, когда нас окружают омоновцы, да и вообще все менты города, он поступал как подлый трус, предатель!
 И я видела своими глазами, как при мне человек в полнейшей ужасе, наплевав на меня, на наши чувства, просто смывает везде свои отпечатки пальцев, раздевается догола, чтобы ему никуда не подкинули наркотики, и громко говорит для якобы слушающих нас ментов, что это я принесла столько н@ркотиков в дом!
 Да какая бы шиза у меня ни была, я так не вела себя — ни то что с любимым человеком, вообще ни с каким!

Всё это, конечно, не давало мне покоя, но такой вариант, как уйти от него, я не рассматривала, потому что слишком была влюблена и не думала мозгами, да и рассудок от наркотиков был затуманен.
  Так прошло, наверное, около двух недель. Нам совсем нечего было ни есть, ни курить. Виталик ходил стрелял сигареты у алкашей возле разливухи, мог и стаканчик с ними опрокинуть, если нальют.
 А питались мы просроченными продуктами, которые выкидывали местные магазины. Также я воровала еду в "Пятёрочке".
 Из-за всего этого я сильно психовала, истерила, у меня даже случился нервный срыв.
   Мать Виталика звала его уже вместе со мной ехать опять жить к ним в Сибирь, но я не хотела ехать, потому что там мы уже жили и там со мной случилась трагедия.
 Виталик тоже отказывался — хотел доказать своей матери, что он уже взрослый и может жить самостоятельно. Правда, он с этим запоздал лет на двадцать))

В итоге Виталик не придумал ничего лучше, чем снова написать в популярный солевой магазин, славившийся среди наркоманов очень плохой репутацией...


Продолжение следует...

Да,девочка,вот тебя помотало и нахуя тебе нужен был этот Виталик!?

[kibra]

помотало и нахуя тебе нужен был этот Виталик!?

Это такая же зависимость. Со стороны не понятно, а внутри ситуации не понятно, что что-то не так. Даже я терпела харизматичного и обаятельного мудака, слишком долго. Такие люди отличные манипуляторы, они дёргают за самое лучшее, что есть в личности: "альтруизм, желание любить и быть любимым, эмпатия". Они беспощадно давят на жалость и строят из себя котика из Шрека, а потом вытирают ноги вместо благодарности.
Ладно, это я о своем.
Понять почему женщина терпит мудака может только тот, кто побывал в таких отношениях. Я искренне сочувствую. Но пусть это будет урок. Бегите от таких педаликов.

[Vasiliy327]

Когда уже продолжение?)

[Brodjga]

Давай продолжение!