Добро пожаловать, Гость! 10 Авг 2026, 22:01:56
Войдите или зарегистрируйтесь.
1 час 1 день 1 неделя 1 месяц Навсегда 

[Brodjga]

Пиши конечно.

[ElenaSmitt]

Шиза в разгаре


Я пыталась открыть дверь туалета и выбежать, но Виталик не давал мне этого сделать. У нас началась настоящая потасовка.
 Это всё, естественно, было слышно: в дверь стучалась хозяйка хостела и какой-то мужик.
 Я уже кричала: «Виталик, отпусти меня!»
 Но он не отпускал.
 У меня не было сил с ним бороться — он был просто какой-то озверевший. Наверное, в его голове казалось, что уже ломится ОМОН.

 В какой-то момент он всё-таки обнаружил у меня свёрток. Стал тянуть за целлофановый пакет, где были закладки. Он порвался, и все они посыпались на пол.
 Он тут же начал хватать их и кидать в туалет.
 Я была в ужасе… Зачем тогда вообще это всё? Зачем я везла их через столько вокзалов? Зачем мы так рисковали? Чтобы приехать и смыть в унитаз?
Честно сказать, я была в дичайшем ахуе!
 Мне удалось незаметно схватить и спрятать только 4 или 5 закладок, остальное он выкинул в туалет и нажал слив.
 Они сразу бесследно исчезли.

Уже не помню, каким образом, но кто-то открыл двери.
 Я сказала хозяйке хостела, что Виталик просто пьяный, что всё нормально.
 Она сказала, чтобы мы немедленно выметались.
Мы зашли в комнату, и я начала искать себе вещи, чтобы переодеться, потому что то, что было на мне, было порвано.
 Ситуация складывалась просто критическая.
 Я была очень зла на Виталика, да просто в бешенстве!
 Так его и перло ещё очень сильно — он вообще был неадекватен.
Я предложила ему собраться и поехать обратно в нашу общагу.
 Я понимала, что вряд ли магазин будет нас там караулить. Да и больше нам идти просто некуда.

 Я собралась, а Виталик не хотел даже переодеться.
 Он по-прежнему не шёл со мной на контакт и смотрел на меня так, будто это я сделала что-то ужасное и я — враг номер один.
 Никакие уговоры на него не действовали. Уже заходила хозяйка и просила, чтобы мы побыстрее собрались.
Я понимала, что находиться здесь опасно, особенно мне с оставшейся наркотой.
 Прошёл около часа, и я уже психанула и вызвала такси.
 До последнего уговаривала Виталика поехать со мной, но он никак не реагировал, забился в кресло и насиловал свой телефон (сброс на заводские настройки, смена паролей и прочее).
 К нему зашёл какой-то мужик, видимо тоже снимавший здесь комнату, с чекушкой — то ли виски, то ли коньяка.
Моё такси уже приехало, и я забрала с собой на всякий случай наши документы, вещи, ключи и поехала в общагу.
 Сейчас мне это показалось самым разумным решением.
 Я ещё, честно говоря, просто офигела, что Виталик со мной не поехал — до последнего не верилось, что он до такой степени будет тупить.

По пути я заехала в аптеку купить новых баянов и планировала наконец-то нормально уколоться в одиночестве.
 Про Виталика подумала, что как отойдёт, сам позвонит мне. Так будет лучше.
Я благополучно доехала, зашла в общагу, добралась до нашей комнаты и ничего подозрительного не заметила.
 Приготовила себе чай, что-то перекусила, выложила вещи и стала готовить раствор.
 Уколовшись, я немного (часа два) пошизила, слушая соседей, ну а потом у меня появился какой-то бодряк.
 На то, как поступил Виталик, стало как-то похуй, и я даже решила приготовить ему что-то покушать к тому времени, как он вернётся.
 Начала суетиться, искать, из чего можно что-нибудь приготовить. Нашла спизженную когда-то мной тушёнку и макароны. О, да, тут получится шикарный ужин!

Тут у меня зазвонил телефон. Звонила мама Виталика. Странно…
 Я взяла трубку и сразу же услышала ор и мат, какие-то неадекватные претензии — типа зачем я УКРАЛА! у бедненького Виталика документы))
 Я просто выпала с этого.
 Я оказывается украла)) Этот гандон отошёл и первым делом позвонил своей мамочке и пожаловался на меня!
 Я просто не могла поверить своим ушам.

 Но удивительного тут, конечно, было мало — до этого уже были точно такие же ситуации, когда шизил он, а выставлял так, что я во всём виновата.
 Я всегда поражалась этому, мне становилось очень больно и обидно.
 Ведь я наоборот хотела сделать как лучше, чтобы он нигде не потерял свои документы.
 Да и с какой целью я вообще могла украсть у него документы? Для чего? Как им вообще такое в голову пришло?

Нервишки у меня уже были на пределе.
 Я звонила Виталику, но он не брал от меня трубку.
 Мне уже и готовить, конечно, перехотелось — всё стало падать из рук.
 Но раз уже начала, нужно было доделать.
 На меня напал тупняк и растерянность, я начала носиться из комнаты в кухню, где стояла электрическая плита, на которой готовила.
 И в перерыве решила, что мне снова нужно «поправиться», пока не явился Виталик и снова не началась эта нервотрепка.

 Я поставила на плиту кастрюлю с водой на медленный режим и пошла в комнату.
Достала всё, что у меня осталось, снова вспомнила весь тот кошмар, что творился в хостеле, и мне стало нехорошо от мыслей и беспокойства за наше будущее…
 Ведь эта общага, хоть и оплачена ещё недели на две, но жить нам теперь абсолютно не на что…
 Да и вообще всё сложилось максимально печально, совсем не так сказочно, как рассказывал мне Виталик…
 Отбросив эти мысли, я приготовила раствор и снова начала казниться в тщетных попытках найти вену.
 Я начала психовать, откидывать шприцы, делать по новой, истекала кровью.
 Я всегда ненавидела это зрелище — когда кто-то не может уколоться и часами мучается, мне даже представить это было страшно.
 А теперь я сама оказалась в идентичном положении.
 Я ненавидела себя и всё вокруг…

Наконец-то мне удалось уколоться. Меня мгновенно посетила шиза.
 Шприц выпал на пол из моих рук, и я даже прилечь на приход не смогла. Так и стояла в застывшем положении с ошарашенным взглядом, с вылазиющими из орбиты глазами.
 Я слышала спортиков, которые разбираются с кем-то, и мне казалось, что следующие в этом доме, к кому они идут, — это мы, то есть я.
 Но моя шизофрения обычно длилась недолго, и через некоторое время я вспомнила, что у меня на плите стоит кастрюля.

В ещё довольно-таки невменяемом состоянии я вышла из комнаты и забыла что-то сделать с замком, и дверь комнаты захлопнулась.
 Без ключа её было не открыть, а ключи внутри.
 Опять эти чертовы двери! Да это просто проклятие какое-то!..

[ElenaSmitt]

Все кончено.


Я ещё даже не в полной мере осознавала, что произошло, пошла на кухню, потупила там. На кухне был балкон, я вышла туда, увидела чей-то бычок и закурила.
 Начала думать, что можно сделать. Наверняка у хозяина должен быть запасной ключ.
 Делать было нечего, и пришлось идти стучаться к нему в комнату. По всей видимости, его не было дома, потому что мне никто не открыл.

 У меня уже начиналась паника, ведь у меня с собой не было даже телефона.
 Я снова пришла на кухню, туда зашёл какой-то нерусский пацан и стал жарить мясо. Мы разговорились, я рассказала ему о своей проблеме, он даже пошёл посмотреть дверь, но сказал, что тут ничего не сделаешь, нужно ждать хозяина.
Я была в полной растерянности, не знала, куда себя деть и что вообще делать...
 Начала шляться по общежитию, выходила в одном халатике на улицу, стрелять сигареты у алкашей.
 Мне оставалось только ждать.
 Я молилась, чтобы у хозяина оказался запасной ключ и он просто нам его дал, а не пришлось вызывать кого-то и взламывать замок, тем более что в комнате там, прям на виду, валяются шприцы да и соль тоже.
 
От этих всех думок, плюс отхода, не заставили себя долго ждать — у меня разболелась голова.
 Прошло часа четыре, я сидела на балконе, откуда можно было наблюдать за тем, кто заходит в подъезд.
 Наконец-то я увидела Виталю!
 Мне уже было не до того, чтобы злиться на него или ругаться, я почему-то была уверена, что Виталик что-нибудь придумает и сможет решить эту проблему с дверью.
  Встртетившись, и я рассказала ему, что случилось, он предложил выйти на улицу  покурить.
Спустились, обсудили всё, и Виталик сказал, что выломать замок будет проще и быстрее. Затем поднялись обратно, и он ножом каким-то образом всё-таки открыл дверь.

Как только мы попали в комнату, Виталик сразу же завалился спать. Ну а я продолжила употреблять соль, мне не хотелось вообще трезветь и осознавать, что мы натворили.
 На следующий день Виталик снова выпросил у меня покурить, снова шиза и опять всё по кругу.
 По итогу мы сожрали всё, что у меня оставалось. Оставили только 0.5 соли, которую Петя пообещал нам обменять на мёд.

 Через пару дней Виталик предложил поехать в лес, в котором он последний раз, перед тем как уехать, ложил ме***рон и попытать удачу найти хоть одну закладку.
 Полдня мы пролазили по лесу, проверили все 50 адресов, но везде было уже пусто.
 Так, ни с чем, побрели домой...

Следующая неделя прошла просто ужасно, нам снова было нечего есть, даже не за что купить мне обезболивающее.
 Виталик опять стал клянчить деньги у мамы, она присылала какие-то средства и стала звать нас обратно, говорила, чтобы мы не ебали мозги, а приезжали снова к ним в Сибирь.
 Вернуться обратно для Виталика — это означало всё: крах, признание собственной никчемности. А ему ой как не хотелось смотреть правде в глаза.
 У его матери тоже не было денег нам на билеты, и она нашла какую-то волонтерскую организацию, которая согласилась купить нам билеты, а отдать деньги можно было потом — типа для людей в тяжёлой жизненной ситуации.
  На нас ещё начал гнать сосед за то, что Виталик сломал кран в общем душе, мы стали бояться его и вообще перестали выходить из комнаты.

 Поголодав ещё несколько дней, мы всё-таки согласились ехать к Виталику домой в Сибирь.
 Да уж... Вот так печально снова закончилось ещё одна попытка нашего совместного проживания.
 Кто знает, может, и правильно Виталик сделал, что смыл те закладки, а с другой стороны, если бы его поймали и посадили тогда, ему бы уже оставалось сидеть совсем чуть-чуть, а не как сейчас...
Да, тогда я совершила ещё одну роковую ошибку — поехав вместе с ним. Какая же я была дура!
 Он снова начал петь мне сказки о том, как любит меня, обещать, что всё исправит, что всё наладится. Обещал, что больше не будет употреблять и меня огородит от этого.

 А мне так хотелось вернуться домой... Не знаю почему я этого не сделала, наверное, потому что в мозгах был просто кисель от употребления такого количества наркотиков. Тем более соль — это такой наркотик, который делает человека невменяемым, не способным вообще критически мыслить.
Я была, несмотря ни на что, очень наивна, и мне до последнего хотелось верить в то, что говорит и обещает Виталик, в моих фантазиях он был способен взять за нас ответственность, мне очень хотелось, чтобы мы наладили свою жизнь. И я в очередной раз поверила...
На следующий день мы уже ехали в поезде...

 Я даже сейчас не могу вспомнить и даже представить, что было у меня в голове в тот момент, на что я надеялась, чего ожидала, зачем вообще делала это всё.
 Сейчас, возвращаясь в воспоминания о прошлом, мне становится страшно.
 У меня в голове не укладывается, что это всё происходило со мной, что я жила в этом треше столько времени!
 Насколько же сильно наркозависимость укоренилась во мне, насколько же сильно наркотики могут влиять на мозг человека, что он совершает целенаправленно поступки, которые приводят только в яму. Разум словно отключается.
 Это очень страшно!

И кстати, одной из мотиваций вести этот канал было то, чтобы показать людям изнутри, чтобы они немного окунулись в это и почувствовали, насколько это всё ужасно! Насколько вообще нужно держаться подальше и от веществ, и от людей, которые их употребляют.
 А ещё пишу это всё для того, чтобы любой человек, находящийся в самой тяжёлой жизненной ситуации, не отчаивался, не опускал руки, не терял веру в себя!
 Мне бы очень хотелось на своём примере показать, что можно вытащить себя из любого дерьма, любые трудности можно пережить и воспринимать как уроки.
 Главное — не унывать, не жалеть себя, а задавать себе новые цели и стремиться к ним.
 Ну а у тех людей, у которых в жизни всё и так в принципе хорошо, пускай почитают и ещё больше начнут ценить свою жизнь, наслаждаться каждым мгновением и будут добрее.
Вернёмся к рассказу.

 Мы приехали к Виталику, стали опять жить у его родителей.
 Я по большей части лежала, потому что сильно болела спина, у меня была хроническая невралгия.
 А Виталик сразу же по приезду поставил банки с овсом, заражённые спорами псилоцибиновых грибов. И вместо того, чтобы устроиться на работу, просил не отвлекать его от важных дел, а также клянчил деньги у меня и у мамы на расходники для выращивания грибов.

 Сейчас я вообще не понимаю, как я могла к этому спокойно относиться...
 Это что, такая любовь была слепая? Но скорее всего — нет. Это просто мозг, поражённый наркотиками.

 Через какое-то время Виталик сказал:

 — Лен, давай я опять устроюсь в наркомагазин?..


Продолжение следует...

[Martin]

Можно дальше?)

[izabella]

Такое впечатление, что мы встречались с одним и тем же виталиком

[ElenaSmitt]

Первая приемка


И мать, и я пытались отговорить его снова связываться с наркотиками и с наркомагазинами.
 Ведь в тот раз нам, считай, колоссально повезло, что нас нигде не приняли, и мы живы и относительно здоровы.
 Но, видимо, эта безнаказанность вскружила Виталику голову, и он снова стал самоуверенным, перестал реально смотреть на вещи, перестал думать о последствиях и рисках и решил снова испытать судьбу на прочность.

Он нашёл какой-то магазин со страшной эмблемой, на которой была изображена рука с отрубленными пальцами, но даже это его не смутило.
 Он сказал, что этому магазину нужны курьеры на мефедрон. И что, если это будет мефедрон, то всё будет в порядке: он не будет его употреблять, а если и употребит, то у него не съедет крыша.
 Я вообще обиделась на него и перестала разговаривать. Он просил у меня деньги на залог, хотел, чтобы я дала ему их с пенсии, на что я, естественно, ответила отказом.
 Тогда он стал терроризировать свою мать, и через какое-то время она всё-таки поддалась на его уговоры и дала ему необходимую сумму.
 Я сказала ему: делай что хочешь, но я участвовать в этом и помогать не буду, больше не хочу даже ездить куда-то с тобой.

На залог ему выдали адрес с тремя  граммами мефедрона, из которых нужно было сделать 6 адресов по 0,5 грамма.
 Он поехал, забрал его и приехал вместе с ним домой.
 Развернул это всё и стал фасовать. Это всё происходило на моих глазах, и мне, естественно, захотелось употребить.
 Я предложила ему попробовать — сделать по одному укольчику. И он сразу же согласился, как будто ждал этого момента.

 Я сделалась, прилегла на кровать и стала ждать, пока он сделает то же самое.
 Перед уколом он снял трусы, надел халатик и включил порно на телефоне.
 Когда он наконец укололся, я ждала, что он ляжет рядом со мной, обнимет меня — мне сильно хотелось его целовать.
 Но он был уже увлечён только своей порнухой, схватил телефон и убежал в туалет.
   И так продолжалось раз за разом, и естественно, мы скололи всё, что у нас было...

Наступили отхода: полная апатия, депрессия, подавленность и отвращение друг к другу.
 Он обвинял во всём меня, что это я предложила попробовать, а я обвиняла его, что это он вообще это всё замутил, и что повёлся на моё предложение, мог бы сказать «нет» и ничего не употреблять, и мне не давать.
 А виноваты были мы оба. Просто два тупых конченных наркомана.

Далее на время он оставил эту идею с магазином и стал заниматься тем, что, как он говорил, ему по душе — а именно выращивать марихуану и грибы.
  Прошло около двух месяцев, и я стала замечать за ним странности. Обратила внимание, что он явно от меня что-то пытается скрыть, отворачивает телефон, когда я пытаюсь посмотреть, что он там делает, куда-то уходит, говорит, что в магазин или к другу, но его нет очень подолгу.
 У меня уже закладывались мысли о том, что вдруг он общается с какой-то девушкой — например, с той подругой, с которой он куралесил раньше и употреблял мефедрон, пока я ждала его в Воронеже.
 Один раз даже застала его, как он то ли фоткался, то ли отправлял кому-то кружок, а потом стал оправдываться и убеждать меня, что это всё просто так.

В один из дней он вывалил мне:

 — Лена, сегодня мне нужно ехать за МК.

 И признался мне, что всё это время он был занят тем, что снова устроился в наркошоп, уже не по залогу, а другим способом, но не по документам (пожалуй, опущу этот момент, как конкретно).
 Он сказал, что ему должны выдать сегодня наконец-то реальный вес.
 Показал мне все переписки — я была просто в ужасе!
  Мама его тоже была в курсе и пыталась отговорить его, чтобы он никуда не ехал и ничего не забирал. Но он был непреклонен.
Тут начались и другие знаки, которые мы в упор не замечали и игнорировали.

 Человек, который его курировал, стал вести себя нестандартно. Сначала говорил, что выдаст МК сегодня, но долго молчал, потом стал писать, что вот через час выдаст, но снова ничего не приходило. Писал, чтоб Виталик собирался и выезжал, но куда конкретно — даже район не говорил, писал, что «чуть позже всё будет, чуть позже всё будет», что-то в этом роде.
 Вся эта тягомотина продолжалась больше суток.
 Что-то явно было не так...

Спустя сутки, а то и больше, уже ближе к вечеру следующего дня, наконец-то пришёл адрес.
 И тут снова было всё не как обычно. По-моему, даже кодовое слово куратор выдал другое или какое-то странное.
 Следующий момент, который должен был насторожить нас, — это количество, то есть вес МК: написано было, что там аж 20 грамм! По всем расчётам, даже самым невероятным, максимальный вес, считай практически первого МК с реальным наркотиком, никак не мог быть таким большим!
 Но мало ли — мы наплевали на все предупреждающие знаки и стали находить всему этому нелепые и глупые оправдания. Что, мол, может это просто такой магазин и у него такие методы работы. Или может это какая-то ошибка.

Я побоялась отпускать Виталика одного, и вот мы уже ехали в такси.
 На улице было очень пасмурно — всё небо было затянуто огромными тёмными грозовыми тучами.
 Пока мы ехали, начался дождь.
 В такси тоже стали происходить странные вещи: сначала таксист поехал не по той дороге, и мы приехали в тупик, там было всё перегорожено, и ему пришлось разворачиваться, делать большой крюк и искать объездные пути.
 Наконец-то мы заехали в частный сектор.
 Попросили таксиста высадить нас на перекрёстке и пошли до нужного нам места пешком — по узкой улочке, по одну сторону которой был длинный металлический забор, а по другую — жилые дома.

Наше место было недалеко, возле забора жилого дома, за старой собачьей будкой, которая была почти вплотную к этому забору.
 Как только мы приблизились и подошли к будке, за которой был МК, за забором залаяла собака — да так громко и неожиданно, что мы чуть ли не подпрыгнули на месте.
 Собака продолжала гавкать, и судя по грозному лаянию, она была огромная.
 От этого всего уже стало невероятно страшно.
 Я стала ковыряться в листве за будкой и нащупала большой свёрток.
 Тут же схватила его, засунула к себе в сумку и рукой стала разворачивать, потому что мне захотелось немедленно, прямо на месте, употребить соляры.

 Я вырвала и развернула один пакетик и насыпала чуток в вейп.
 Виталик смотрел на меня и кричал:

 — Лена, пошли отсюда! Пошли отсюда скорее!

 Я затянулась, присмотрелась вдаль этой улицы и увидела вдалеке белую машину, которая всё это время стояла там.
 Я сказала Виталику, чтобы он срочно вызвал такси, но он пристал ко мне:

 — Дай мне затянуться тоже.

 Мы быстрым шагом направились к перекрёстку, куда хотели вызвать такси, но не успели ещё даже этого сделать, как тут же эта машина, которая там стояла, дала по газам, настигла нас и перегородила дорогу...


Продолжение следует...

[kibra]

Мамаша педалика то ещё ебанько?

[ElenaSmitt]

По вене в отделе.


Машина остановилась возле нас, и оттуда высыпались человек пять, одетых по гражданке, но сразу было понятно, что это менты.
 Моё сердце заколотилось с бешеной скоростью, ноги подкосились, и я просто ахуела от страха и шока.
 Вот то самое чувство, когда ты понимаешь, что ВСЁ... Будет беда, и это неизбежно. Всё, вы доигрались.

Они задали стандартный вопрос:

— Молодые люди, а что вы тут делаете?

На что мне не пришло ничего лучше в голову, чем прямо у них на глазах выхватить из сумки МК и отбросить его со всей силы как можно дальше.
 Они ахуели, конечно, с этого жеста.

— Да, мы... мы просто потеряли нашу собаку и ищем её, — заикаясь, сказала я придуманную легенду.

Один из них сразу же побежал и поднял откинутый свёрток.
 Каким-то чудом Виталик успел включить на телефоне секретную папку, но и это впоследствии не помогло.
 Сразу же стало понятно, что это нас сдал сам магазин. Ведь они ждали нас уже там, и сам магазин вёл себя странно.
 Но почему? За что?
 Пока что ответа на этот вопрос не было. Но всё прояснилось чуть позже.
Они попросили присесть нас к ним в машину.
 У меня началась истерика, я рыдала взахлёб.
 Сначала даже не понимала, что они нам говорят.
 Спустя какое-то время до меня начало доходить.
 Они пошли нам навстречу и предложили выбрать, на кого будут всё оформлять, сказали, что если мы не будем отпираться и расскажем как есть, то не пойдём как ОПГ.
 Виталик, как обычно, молчал и не мог выговорить ни слова.
 Я начала быстро соображать, что можно сделать.

 Решила взять всё на себя, так как вес был у меня, и они это видели. А ещё я подумала, что меня, как инвалида 2-й группы, может быть не закроют, хотя о чём я... Там и без рук, без ног сидят.
 Но в тот момент я не могла придумать ничего лучше. Надеялась, что хотя бы сразу в СИЗО не посадят.
С двумя из них я осталась сидеть в машине.
 А остальные вышли и попросили выйти с ними Виталика.
 Не помню уже, что я им говорила, помню, что только умоляла дать нам время и не сажать сразу, а хотя бы под домашний арест.

 Они начали меня распрашивать, и тут выяснилось, что так как я не местная и не имею тут прописки, родственников и официального места жительства, то если они будут оформлять всё на меня, то сразу же посадят в СИЗО. Потому что по закону не положено отпускать не местных. Да и какой домашний арест может быть?
 Я расстроилась и стала рыдать пуще прежнего.
В это время остальные, те, что вышли и беседовали с Виталиком, начали давить на него и предлагали поступить по-мужски и взять всё на себя. Тем более говорили, что у них есть улики против него.
 Привели в пример то, что куратор скинул на такси 600 рублей, и они изымут, естественно, карту, и там это подтвердится.
 Впоследствии эти 600 рублей так и пошли в деле как оплата за работу закладчиком.
 Смешно, но всё же факт перевода денег есть, и не важно, какая там сумма.
 То есть они были в курсе всего, и даже заблокированный телефон Виталика не спас бы ситуацию.

 Виталик по-прежнему молчал, только постучался ко мне в машину и попросил передать ему тот самый вейп с солярой.
 Я отдала, и он стал смачно и судорожно затягиваться прямо при них.
Я тоже попросилась выйти и поговорить с Виталиком.
 А там уже и понятых привели откуда-то и очень быстро.

 Я начала умолять их:

— Пожалуйста, только не сажайте его, мы всё расскажем! Пожалуйста, дайте шанс, дайте домашний арест! Прошу вас!

Что удивительно, они пообещали так и сделать, если Виталик будет адекватно себя вести. Но мне, конечно же, в это слабо верилось — думала, что они говорят так только для того, чтобы меня успокоить и чтобы мы быстрее согласились всё рассказать и не выебывались, не создавали лишнего геморроя.
Через какое-то время меня опять заставили сесть в машину.
 А сами столпились возле машины, пригласили понятых, включили камеру и стали снимать и считать закладки, а потом и "брать интервью" у Виталика.
 Я взглянула на него и увидела его просто почерневшее и обречённое лицо. Было видно, что он уже смирился с неизбежным.

 Это всё продолжалось примерно час, полтора. Затем нас повезли в отдел.
 Я немного успокоилась, хотя бы перестала рыдать.
В это время я вспомнила, что у меня в кармане ещё грамм!
 После пересчёта закладок они сели в машину и стали спрашивать, где 20-я закладка. Виталик указал на меня и сказал:

— У неё!

Но я упорно не хотела её отдавать, думала: чем меньше вес — тем лучше.
 Пока мы ехали, я начала ерзать и запрятала её в укромное место.
 А им сказала, что мы скурили этот грамм там, на месте.
 Хоть это, конечно, и звучало неправдоподобно, но они согласились с этим и молчали.
 Я подумала, что это до поры до времени, пока мы не приедем в отдел.
 А вот что уже будет там — вообще не известно.
 Может быть, они вообще закроют нас обоих.

Пока мы ехали, я уже думала о том, что в сумочке у меня есть дежурный шприц в коробочке из-под лекарства, и в голове у меня возникла безумная идея — попроситься по приезду в отдел в туалет и уколоться там, как в последний раз.
 Телефон и карты у Виталика сразу же изъяли, а я, кстати, тогда вообще была без телефона, так как с моим что-то случилось буквально за несколько дней до этого.
 Так что даже позвонить Виталиной маме и предупредить её возможности не было.
 Ехали мы очень долго, как мне показалось — минут 40.
 Я то опять начинала рыдать, то снова пыталась поговорить с ними и выяснить, как вообще так получилось, как они нас выследили.
 Но об этом я узнала позже — это оказалось вообще просто какое-то фантастическое стечение обстоятельств.
 Расскажу об этом позже, по ходу дела.

По приезду в отдел я сразу же попросилась сходить в туалет, а они завели Виталика в кабинет и сказали мне тоже туда возвращаться.
 Зайдя в туалет, я дрожащими руками достала пакетик и шприц, насыпала от души, спрятала пакет обратно, так как понимала, что лучше это сделать сразу.
 Набрала воды со сливного бочка и укололась.

 Сразу же за дверью услышала голоса:

— Она там колется!

 — Че реально?!

 — Да!..


Продолжение следует...

[ElenaSmitt]

Побег из отдела


Уколовшись в ментовском туалете, естественно я сразу выхватила небольшую шизу. Понимала, что надолго задерживаться мне тут нельзя, пока они не принялись вытаскивать меня отсюда, а из-за этого они могут и разозлиться.
Поэтому вышла я практически сразу, даже не успев зажать руку на месте укола и в наполовину накинутой куртке.
Не знаю, правда это было или мне показались их голоса, которые говорили, что вот мол она там колется, но по крайней мере, когда я вышла, они ничего мне не сказали.

Я зашла в кабинет, где сидел Виталик и ещё несколько человек ментов.
На удивление, я смогла быстро сориентироваться в создавшейся ситуации и стала идти с ними на контакт.
В какой-то момент, я даже ощутила себя какой-то всемогущей и мне казалось, что я здесь сейчас вообще всё разрулю и улажу. Но это всё конечно же было лишь под воздействием наркотика, который затуманивал мне мозги.
Хорошо, хоть у меня под наркотой не терялась возможность разговаривать, я наоборот могла начать болтать без умолку, но в некоторых ситуациях, это шло на пользу.

Так и тут я начала спрашивать какие у нас перспективы, что можно сделать для смягчения.
Они сказали, что в идеале было бы сдать какого-нибудь барыгу или гровера. И это пойдёт в плюс.
Но естественно кроме Виталика в нашем окружении больше таких людей не было))
Поэтому этот вариант отлетел сразу, да и даже если бы мы знали кого-то, то никогда не пошли бы на такое. По крайней мере я.

Далее я начала узнавать, как всё будет происходить.
Они сказали, что сейчас будут опрашивать Виталика, а потом как положено поедут к нему домой на обыск.
Тут то я и вспомнила, что дома то у нас ещё целая плантация рассады марихуаны и грибы в боксах. Это обязательно надо было уничтожить.
Я понимала что хотя бы мне нужно непременно вырваться из этого отдела и поехать домой, уничтожать дополнительные улики и риски. Иначе там вообще на пж потянет!

Ни телефона, ни денег, ни карт у меня не было и они сказали, что не могут отдать ничего из вещей Виталика.
Но уже согласились с тем, чтобы меня отпустить.
В этом уже было огромное преимущество.
Я стала просить их отвезти меня, ведь ехать было очень далеко, да и не за что. Они  конечно отмахивались от меня, но всё же дали мелочи на маршрутку.
Виталик по прежнему сидел с понурым видом и молчал, а я старалась наводить суету, может быть и не уместную, но всё же.
Успокаивала его и пыталась спросить, что мне ещё нужно сделать.
Подсунула ему бумажку с ручкой, якобы чтобы он написал мне телефон его матери, чтобы я как вышла из ментовки могла попросить у кого-нибудь телефон и позвонить ей.
На бумажке я написала : "Пиши, что ещё сделать"
И он написал номер матери и ещё "Выйди с аккаунтов".
Я всё поняла.
Про то, что нужно было сделать дома, мы конечно же поняли друг друга без слов.

На последок Виталик попросил оставить ему тот самый вейп с солью, я отдала ему его и поспешно направилась к выходу.
В голове у меня начал твориться полнейший хаос. Мысли перескакивали одна на другую и я вообще не могла ничего сообразить. Навалилось состояние шока.
Быстрым шагом  я направилась к ближайшей остановке.
Первая солевая волна стала меня отпускать и я уже перестала быть такой уверенной. Начался тупняк, я вообще не понимала, что мне делать.
На остановке я кое-как попросила, чтобы какой-то парень набрал номер мамы Виталика.
Сказала ей, что нас приняли, Виталик в отделе и что ей нужно уничтожать, то, что она и сама знает.

Затем выяснила что, чтобы добраться до дома, мне нужно ехать с пересадками. Это вообще почему то выбило меня из колеи.
Но всё же я смогла сесть в нужный мне автобус.
Я села рядом с каким-то человеком и сама от себя почувствовала этот отвратительный запах соли. Запах страха, обречённости и ужаса...
На глаза снова накалились слезы.
Пока я ехала, я чувствовала себя абсолютно потерянным, беспомощным, раздавленным, самым несчастным человеком в мире.
Спасало только то, что с собой у меня была спасительная доза соли, которую я могла употребить и хотя бы на время отвлечься от всего этого кошмара..

Чем дольше я ехала, тем чётче возникала мысль о том, что нужно непременно где-то "поправится", но естественно сделать это сейчас дома у Виталика не получится, потому что я представляла какой там сейчас будет кипишь.
Поэтому я решила выйти где-нибудь и зайти по старой привычке в какой-нибудь подъезд, сделать там свои грязные дела и с новыми силами двигаться дальше.
Так я и сделала. Вышла на самой ближайшей остановке к Виталиному дому и стала искать подходящий подъезд.
И даже то, что на следующую маршрутку или автобус у меня не было ни копейки денег, уже не волновало меня.
Включилось, как говорят "тоннельное мышление".

Я зашла в первый попавшийся подъезд, мне повезло и там даже  оказалась чёрная лестница, поднялась на предпоследний этаж и решила обосноваться тут.
На полу была куча мусора, грязь, окурки, харчки, даже присесть было негде. Дверь, выходящая на балкон, постоянно шаталась и скрипела от ветра, в подъезде ездил лифт и ходили люди, так как время было такое, что люди в основном как раз возвращались домой с работы.
Но на эти "мелочи" мне естественно было уже абсолютно плевать.

Насыпала я себе овер-дохуя и слëту вмазалась.
Мгновенно реальность поменялась, я даже пошевелиться какое-то время не могла.
И как раз в это время, на этаж выше от меня, зашли на лестницу курить какие-то малолетки.
Я стояла, стараясь вообще не издавать ни звука, ни шороха, чтобы не быть замеченной.
В это же время у меня в голове я начала слышать как происходит допрос Виталика, как на него давят, прям отчётливо слышала все слова, как будто это просиходит за стенкой.
Но это уже естественно были лютейшие глюки.
Через время компания, что была надо мной, вроде бы ушла.
Пока я так стояла в неподвижном положении, у меня затекло всё тело и сильно разболелась спина.
Поэтому как только они ушли, я опустилась и уселась прям на грязный пол в своих относительно чистых вещах.
Я понимала, что буду вся грязная и что в таком виде, очень сложно будет выйти на улицу в люди, да и ещё просить, чтобы меня подвезли бесплатно, тем более в общественном транспорте, где куча народу.
Ну просто супер не комфортное состояние.
Но ничего уже поделать не могла.
Поэтому рассеялась на полу и продолжала прислушиваться к несуществующим голосам...

Вдруг среди этих голосов, я отчётливо услышала с улицы голос Виталиной матери и его друга. Они шли, возмущённо разговаривали, хулили меня на чем свет стоит и по всей видимости искали...
В голове сразу же пронеслись куча мыслей о том, что из отдела могли уже сообщить, что я давно уехала и теперь они все меня ищут…


Продолжение следует...

[ElenaSmitt]

Передачка с хмурым


Так я и пробыла в этом злосчастном подъезде до глубокой ночи, пока меня немного не попустило.
 Я просто физически не могла выйти оттуда, да и вообще потеряла счёт времени.
 Осталась, как и хотела, — только я, моё горе и шизофрения. И мне было нормально в этом состоянии.
 Я разговаривала сама с собой, с людьми, которые мне казались, слушала их, занималась классической солевой заморочкой по типу перебирания мусора у себя под ногами, промывания кровавых шприцов, просыпающегося "поисковичка" и прочая, прочая хренотень, которая казалась такой важной и увлекательной, что никак нельзя было оторваться.
Но главное, чем меня привлекло это состояние, — что пока ты слушаешь этих несуществующих людей, увлечена разговором с ними, пока ты полностью погружён в этот галлюцинотворный мир, реальная жизнь и реальные проблемы отступают на задний план.
 Но, не понимая этого совершенно, ты всё более и более их усугубляешь...

Очнувшись от своих галлюцинаций и заморочек, я поняла, что прошло довольно много времени и мне срочно нужно выбираться отсюда.
 На улице было уже совсем темно, и мне уже не так стрёмно было выйти из подъезда всей в грязи.
 Кое-как я, конечно, попыталась себя отряхнуть, но видок мой оставлял желать лучшего.
 Самое ужасное — что в этот момент ты прекрасно понимаешь, какое можешь произвести впечатление на случайно попавшихся прохожих, и от этого становится невыносимо стыдно, стрёмно и противно самой от себя.
 В такие моменты я научилась себя успокаивать лишь тем, что, мол, пускай люди посмотрят и ужаснутся от того, к чему приводят наркотики — как антипример. Ну, он же тоже должен быть.
 Тем более, раз ситуацию никак не поправить, приходится только смириться с ней.
 Смириться с тем, что ты — абсолютное ничтожество, кусок дерьма, асоциальный субъект, от которого всем нормальным людям нужно держаться подальше.
 К наркоманам большинство людей вообще наркофобно настроено и желает им только скорейшей мучительной смерти, а также считают это естественным отбором. А всех, кто связан с наркотиками, — не людьми.
 А наркоманы переживают все эти чувства практически постоянно. Если и не так остро, как в некоторые моменты — например, как на ломках или на отходах, — то всё равно, где-то на подкорке, фоновым шумом, постоянно эти мысли.

Именно с такими чувствами я вышла из подъезда и направилась в сторону автобусной остановки.
 Плюс к этому стало добавляться огромное беспокойство за Виталю и чувство вины — за то, что я просто, как конченная мразь, зависла в подъезде, а не поехала как можно скорее заниматься уничтожением улик дома.
 Да и ещё те глюки не давали покоя. А вдруг это и не глюки были, и мать Виталика уже ходит с кем-то и ищет меня по району?
 От всего этого становилось невероятно тревожно.
 Я подошла к остановке, но автобусов, естественно, уже не было — время перевалило уже за 12 ночи.
 Тогда я просто пошла пешком в сторону Виталина дома.
 Даже немного успокоившись и придя в себя от свежего воздуха, я сама не заметила, как прошла полпути. Оставалось ещё 2 или 3 остановки.
 Я, конечно, сильно устала, выбилась из сил, мучилась от боли, но продолжала идти. Я должна была!

Как я смогла дойти — не знаю. Но наконец-то дошла.
 Запыхавшаяся, полностью выбившаяся из сил и почти теряя сознание, я позвонила в дверь.
 Открыла мама Виталика и тут же начала орать:

— Я же вам говорила — не едьте! Я же вам говорила!!!

— Пожалуйста, не устраивайте сцен. Виталик просил спрятать всё оборудование и выкинуть хранящиеся дома грибы и траву. А также — заняться техникой, компом, так как его тоже могут изъять. Давайте займёмся делом.

Честно говоря, я надеялась, что она уже хотя бы выкинула всё, но нет — она зачем-то ждала меня.
 Я была абсолютно без сил, поэтому сначала тупо упала на кровать, обездвиженная.
 А его мать в это время находилась рядом со мной, не прекращая орала, обвиняла меня во всём и ничего не предпринимала.

 Полежать я смогла буквально несколько минут — и принялась помогать его маме.
 Потом она нагрузила огромные мешки с землёй, мусором, саженцами и ещё заодно со всяким хламом из дома и заставила меня выносить их за несколько раз на помойку.
С собой из отдела я догадалась взять листочек с номером телефона одного из ментов, чтобы быть на связи, и его мать смогла позвонить и узнать, что там с Виталей.

 Как только мы закончили основную часть работы, его мама позвонила по этому номеру, и ей ответили, что Виталя пока у них, но завтра они вместе с ним приедут к нему в квартиру для проведения обыска.
 Она спросила, как он там, не голодный ли, — и они сказали, что завтра можно будет кому-нибудь приехать и привезти еды для него.
 Уже хорошо, значит, у нас есть время до завтра.

 Кое-как я упросила Виталину маму оставить меня в покое и дать немного отдохнуть, потому что мне нужно было прийти в себя и разобраться с девайсами и аккаунтами.
 Под утро, часа в 4, она оставила меня.
 Я, конечно же, попыталась вернуть себе былую сообразительность и энергию допингом в виде наркотика, но у меня ничего не выходило — я так сильно нервничала, что никак не могла уколоться, да и его мать то и дело норовила ворваться в комнату.
Чтобы выйти из аккаунта телеграмма, мне нужно было сделать восстановление Виталиной сим-карты.
 А для этого её надо было купить, да ещё и с его паспортом.
 На компе я всё сделала, оставался ещё нетбук, который я и использовала для разных манипуляций и связи — так как, напомню, мой телефон сломался.

Часов в 9–10 утра я стала собираться сходить в Теле2, и тут его мать начала снаряжать меня, чтобы я поехала и передала ему еду.
 Мне пришлось брать с собой и древний тяжёлый нетбук, и контейнерочки с едой, и даже ТЕРМОС С ЧАЁЧКОМ для любименького сыночка!
 У меня была такая усталость и нервоз, что я уже согласилась со всем, лишь бы вырваться из этой квартиры и снова хотя бы ненадолго остаться наедине.
 У меня аж перекосилась спина, когда я взяла всё, что она мне понадавала. И это с учётом того, что мне с моим переломанным позвоночником нельзя поднимать больше двух килограмм.
 Но если я сама к себе и к своему здоровью тогда относилась похуистически, то и людям, естественно, тоже было плевать.
 Как только я вышла из подъезда, я поняла, что просто не смогу нести это всё, да ещё и ехать хер знает куда с этими склянками в автобусе.
 Поэтому термос и ещё что-то я просто выложила под ближайшим деревом.

В соседнем дворе я присела на лавочку отдохнуть — и тут увидела пацанчика с баночкой крепкого пива, явно наркоманской наружности.
 Мы заговорили — и моё чутьё меня не обмануло: он оказался героиновым наркоманом из ближайшей общаги.
 По его телефонному разговору я поняла, что они мутят на утреннюю дозу.
 Мне невыносимо захотелось сняться героином, чтобы отпустили все эти боли, нервы, солевой нервоз.
 Да и о Виталике я подумала — ему сейчас тоже это было бы ой как кстати.
 В голове у меня уже выстроился очередной безумный план: как я сейчас сама "полечусь", как успею тогда сделать все важные дела и как благородно поступлю, если привезу и Виталику "лекарство" в отдел!
Я решила во что бы то ни стало воплотить это в жизнь.
 Вот только как? Ведь денег у меня нет, соли осталось мало — от силы на раз-два, а бесплатно, естественно, мне никто героин не даст.
 Что же делать? Чем платить? Собой?..

Продолжение следует...

[ElenaSmitt]

Передачка с хмурым
часть 2


Это пацан стал меня потарапливать и сказал, что если я хочу размутиться с ними, то должна найти деньги.
Нужно было срочно что-то решать.
Я сказала ему, что обязательно что-то придумаю и он согласился взять хмурого и на меня.
Мы договорились встретиться чуть позже и он ушёл.
Ну а я естественно теперь никуда не поехала, а решила снова пойти в какой-нибудь подъезд, посидеть там, уколоться и после укола мне думалось, что я уж точно что-то придумаю.
Я взяла у этого парня номер телефона и мы расстались.

Очень долго не могла найти подходящий подъезд и в итоге обосновалась в каком-то подъезде прямо возле мусоропровода.
Начала пытаться сделать себе инъекцию, но ничего не получалось, никак не могла попасть в вену, да и постоянно ходили люди, что меня ужасно отвлекало.
Спустя часа полтора мучений, у меня уже образовалось несколько шприцов полностью наполненных моей кровью и ими уже невозможно было уколоться.
Тогда я решила сделать новый раствор, засыпала всю оставшуюся соль и снова принялась казниться. В какой-то момент, уголка забилась тромбом и отскочила, а весь раствор вылился на меня...
Я была в бешенстве.
Когда у тебя кончается последний н@ркотик, тут же наступают отхода, а тут я даже поправиться не смогла.
Ну теперь уж точно мне нужно достать хмурого иначе я просто не выдержу этого всего.
Я начала названивать тому пацану и он сказал, что скоро сможет встретиться со мной.
Мне нужно было выходить из подъезда.
Видок у меня уже был просто ужасающий, ещё и одежда заляпанная кровью. А ещё от меня несло вот этим ужасным запахом соли вперемешку с кровью, солевые знают этот запах, он похож на запах дохлятины...

Кое-как, собравшись с силами, я вышла.
Тот пацан сказал, что они ждут меня в машине возле аптеки. Я ему уже наобещала, что у меня есть деньги, что всё будет чётко.
Главное нужно было полечиться, а там уж я как-нибудь смогу разрулить ситуацию, я была в этом уверена. Может быть и нахаляву получится или наобещать переспать с кем-то из них, а потом просто сбежать.

Наконец-то я села к ним в машину.
- Дайте скорее уколоться, пацаны! Мне хуёво! Скорее!
 Один из них протянул мне шприц с раствором.
Я попросила его уколоть меня, так как понимала, что сама врядли смогу это сделать.
Он был на опыте и уколол меня с первого раза в тонюсенькую венку на запястье.
Фух. Боже мой! Какое облегчение... Мои глаза тут же стали закатываться, дыхание замедлилось и я провалилась в небытие...
Очнулась я от того, что меня хлестают по щекам и мне больно.
Оказывается я отъехала и они уже около часа пытаются меня откачать.
Точнее один из них откачивал, а другой уже взял мой нетбук и лазил в нём.
Как только я пришла в себя, тот что с нетбуком сказал:

- Я так понимаю денег у тебя нету, давай я заберу твой нетбук и дам тебе ещё хмурого? 

Я согласилась.
Они дали мне ещё два шприца с коричневатой жидкостью, а я наскоряк почистила нетбук и отдала.
Вот такой обмен получился, теперь я осталась вообще без интернета, только с кнопочным телефоном.
Казалось куда уже дальше пробивать дно, но я усердно старалась...
Как только я отдала нетбук, они сказали, что у них срочные дела и буквально вытолкнули меня из машины.
Я снова оказалась на улице в полном раздрае.
Глаза мои то и дело закрывались, я вообще с трудом видела что-то перед собой, приходилось постоянно щуриться.
Я зашла в торговый центр неподалёку, чтобы найти там Теле2 и попытаться восстановить Виталину сим-карту.
Продавцы в Теле2 естественно отказали мне, сказали, что нужно чтоб непосредственно Виталик пришёл со своим паспортом, а не третье лицо.
Потом у меня произошли провалы в памяти и очухалась я только тогда, когда охранник пытался растолкать и вышвырнуть меня оттуда.
Оказывается я залипла на какой-то лавочке и естественно своим видом смущала покупателей.

С горем пополам, уже ближе часам к 4-м дня я всё таки добралась до отдела, где был Виталик.
Зайдя в отдел, я спросила у дежурного куда мне идти, он сказал номер кабинета и попросил выложить содержимое пакета и сумочки!
О, Господи!
У меня же полная сумка наркотиков, шприцов и всевозможного мусора!

Сердце моё упало в пятки.
Да как я могла припереться в отдел с полной сумкой шприцов?!
О чем я думала?
Я сама от себя была в шоке. Насколько же наркота затмила мне разум.
Содержимое пакета я выложила на стол, а вот из сумочки достала выборочно, а потом открыла то отделение, где не было шприцов и показала полицейскому.
На лбу выступил пот, кровь пульсировала у меня в висках и я взмолилась:
"Пожалуйста, только не смотри сумочку! Пожалуйста, хоть бы пронесло! "
Он мельком взглянул и кивнул мне в знак того, что я могу идти.
 Слава Богу!

Я зашла в кабинет и увидела Виталика.
Выглядел он очень уставшим, растерянным и каким-то чужим... Ещё в кабинете была женщина - адвокат. Я попросила чтобы нам дали возможность поговорить наедине.
Нам разрешили и мы вышли в коридор.
Виталик сразу же спросил, осталось ли у меня что-нибудь. Сказал, что он ещё даже не спал и что ему очень плохо.
Ахахаха. Осталось ли у меня что-то???
А не ты ли сказал ментам, что 20-я закладка у меня? И хотел чтобы они забрали её?
А теперь осталось ли что-то...
Я сказала, что у меня есть хмурый. Он просто афигел от этой новости и невероятно обрадовался. Мы стали скорее искать туалет.

Я сказала Виталику, что ради этого хмурого мне пришлось отдать нетбук, который был
 вообще не наш, а его матери. Но она им не пользовалась и отдала его мне на время, пока у меня не было телефона.
На что он просто махнул рукой, ему конечно же в тот момент было вообще наплевать каким образом я достала наркотик.
Да, вот такая я мразь, проколола нетбук Виталиной матери.
Виталик сказал, что его не закроют в СИЗО, а просто сделают подписку о невыезде. Этому мы были несказанно рады.
Я уехала, а через время привезли и Виталика. Провели обыск и взяли обещание, что Виталик будет являться на следственные действия по первому звонку.

Чуть позже Виталик мне рассказал, почему магазин нас сдал.
Оказывается это был филиал того магазина, который мы кинули в командировке на север.
И даже куратор попался тот же, с таким же именем "Ярослав". Вот только мы и предположить не могли, что это один и тот же магазин.
А как они узнали, что это Виталик? И в том , и в том магазине нужно было отправить видео-кружочек с жестом "ок", это в принципе стандартная вещь при устройстве курьером. И на этом видео было видно татуировку на руке Виталика. Вот так они нас и вычислили.
Теперь всё встало на свои места...

Так  из-за собственной глупости, алчности,  наркомании и безмозглости мы наделали себе огромных проблем...
У меня началась жуткая депрессия, я постоянно грустила и плакала, понимая к чему это всё привело. Мы сами разрушили свою жизнь, любовь, похерили всё наше будущее...
Виталик после этого даже устроился на работу, ездил на какую-то овощебазу.
А в один из дней он приехал с работы и завёл такой разговор:

- Лен, послушай, я очень не хочу садиться в тюрьму!
Я так сильно люблю тебя, так не хочу с тобой расставаться. По-моему, то, что мне дали подписку о невыезде, это явный шанс для нас. Давай подадимся в бега!..


Продолжение следует...

[ElenaSmitt]

В бегах.


Когда Виталик предложил податься в бега, естественно, это меня шокировало, повергло в ступор. Я вообще растерялась и даже не знала, что ему ответить на это. С одной стороны, конечно, мне не хотелось с ним расставаться, но бегать всю жизнь же явно не получится... И как теперь быть?.. И тогда Виталик снова придумал очередной "гениальный" план. Он предложил бежать, обрубать все концы, менять аккаунты, выкидывать телефоны и ехать на бла-блакаре из этой Сибири как можно дальше — в другой город, желательно ближе к центру. А там — больше не пользоваться ни именными карточками, естественно, не обращаться ни в какие официальные учреждения, типа больницы и т. д., стараться не попадать под камеры видеонаблюдения. То есть полностью исчезнуть с радаров.

Такие перспективы совсем не обнадеживали, тем более что я являлась инвалидом, и единственные средства, на которые я могла существовать, — это была пенсия по инвалидности. Её нужно было вот-вот продлевать, а для этого, естественно, нужно было обращаться в больницу к специалистам. Ведь полагаться на Виталика вообще было бессмысленно — это всё я понимала, но, тем не менее, почему-то согласилась на его предложение.
Только вот для осуществления этих планов, естественно, нужны были деньги, которых вообще не было. Виталик сказал, что будет работать на этой овощебазе и понемногу откладывать. А также предложил продать всё, что только можно: всю технику, какие-то запчасти, детали, майнинг, компьютер и т. п. Плюс моя пенсия — и тогда уже можно будет что-то придумать. План, конечно, не самый благонадёжный, но я, как обычно, повелась на эту авантюру и согласилась бежать вместе с ним. Хоть, конечно же, уже тогда понимала, что год-два максимум — и всё равно его посадят рано или поздно. Но всё же решила побыть с ним вместе хотя бы ещё какое-то время. На том мы и порешали и стали копить деньги.

У Виталика тем временем уже вообще поехала крыша на этой почве. Он уже даже хотел инсценировать свою смерть — смотрел такую услугу, сколько она стоит в даркнете, смотрел, сколько стоят новые документы, и даже рассматривал вообще такой вариант, как побег за границу. Он просто грезил тем, что мы уедем за границу — при наилучших раскладах вообще в Европу, как, например, его друг, который и научил его выращивать грибы, ну, а при худших — хотя бы в Грузию или Казахстан.

Вот так мы и жили, витая в таких нереальных мечтах и иллюзиях, которые вообще никак не вязались с реальной жизнью. Только в наших, а точнее, в Виталика, бесконечных разговорах у нас всё было прекрасно: нас ждало просто ахуительное, безоблачное будущее. Ну или под н@ркотиками тоже нам казалось, что у нас всё хорошо. Но как только мы хоть немного приходили в себя — тут нас ждала суровая действительность, которая вообще не предвещала ничего хорошего. А именно: судимости, новые уголовные дела, смертельные болезни, почти полностью убитое здоровье, боли, наркозависимость, испорченные отношения между нами и со всеми близкими людьми, огромные долги — и так далее, и так далее... Всё это наваливалось на нас в трезвости, и от этого мы — наша, по сути, несформированная, несмотря на довольно уже взрослый возраст, инфантильная личность, выжженный н@ркотиками мозг — не смогли ничего здравого предпринять для того, чтобы как-то начать разгребать и решать свои проблемы. Нет, мы не нашли ничего лучше, чем просто бежать от них, бежать сломя голову от всего этого мира...

Примерно через месяц Виталику удалось собрать кое-какую сумму денег. Он купил новый простенький телефон, но даже ещё не пользовался им, так как говорил, что с этого домашнего IP-адреса и Wi-Fi этого делать нельзя.
 Мы продали всю возможную технику, даже мама Виталика, по-моему, заняла у кого-то 5 тысяч и отдала Виталику.
 Он, кстати, так и продолжал поддерживать связь с тем Петей, который также работал закладчиком и держал свой местный чат в Телеграме.
 Естественно, Виталик поделился своими проблемами и планами с ним.

 И вот в один из дней этот Петя говорит, что, мол, он съезжает со съёмной квартиры на другую — у него возникли какие-то проблемы, и его ищут. А квартира оплачена ещё на месяц.
Петя предложил нам приехать и пожить первое время в этой квартире.
 У Виталика от этого предложения вообще глаза загорелись, он постоянно говорил:
— Лена, вот видишь, судьба посылает нам знаки, даёт шансы — значит, нужно ими воспользоваться!
Через несколько дней мне пришла пенсия, и Виталик сразу засуетился, стал поторапливать меня, сказал, что нужно срочно искать на BlaBlaCar кого-то, кто едет через полстраны на машине.
 Таких предложений было несколько, и нам удалось договориться с каким-то мужчиной — он ехал в Крым отдыхать, один за рулём. Он согласился нас взять и довезти до Саратова или до Самары, я уже точно не помню. А оттуда добраться уже будет намного проще.
 Мы начали собираться в дорогу.
 И, кстати, даже вот на этот сайт BlaBlaCar Виталик заходил с соседского Wi-Fi — конспиролог уровень «бог»)))

 Мать его тоже смирилась с этой затеей и всячески старалась помочь собраться.
 Думаю, она взрослая женщина и всё же тоже понимала, что это всё ненадолго. Тем не менее, когда через три дня мы собирались в путь, она провожала его со слезами, как будто и вправду никогда больше его не увидит. Мне тоже от этого стало не по себе...

Был самый разгар лета, невыносимая жара. Хорошо хоть в машине был кондиционер.
 Мужчина попался очень приятный, образованный и не задавал лишних вопросов. Он как раз искал себе разговорчивого попутчика в дорогу — и Виталик подошёл на эту роль отлично.
 Они сидели на переднем сиденье, а я — сзади, и даже могла там разместиться лёжа, что было немаловажно для моей больной спины.
 В общем, ехали мы два дня, и один раз остановились переночевать в придорожной гостинице.
 Больше всего в этой поездке мне запомнились Уральские горы.
 К ночи второго дня мы высадились в Саратове.

 А на следующий день мы добрались, наконец-то, и до Воронежа.
Еле попали в квартиру, так как ключ Петя спрятал в подъезде как закладку, и мы долго не могли достать его из интернетного ящичка.
 Квартира была неплохая, почти в центре города, на третьем этаже, однокомнатная, со стиральной машинкой.
Первым, конечно, было чувство радости, облегчения — что, наконец-то, нам удалось сбежать, и нас никто не принял по дороге.
 В общем, первое время мы находились в эйфории.
 В соседнем доме располагалась «Пятёрочка», куда мы сразу же приноровились ходить за бесплатными покупками.
 Но через какое-то время мы, естественно, задумались о нашем будущем.
 Ну и тут Виталик сказал, что терять ему уже нечего и что надо, наверное, по давно отработанной схеме устраиваться в наркошоп.
 Проще всего было устроиться на соль, ну и, конечно, он это сделал.
 Тут уже и подходил день оплаты квартиры, но денег у нас пока не было.
 Петя дал нам номер телефона хозяйки и сказал, что поговорил с ней и всё уладил — что мы можем ещё какое-то время пожить.

Вся эта затея с закладками, естественно, через некоторое время закончилась тем, что мы развернули и начали пробовать товар — и всё происходило как обычно.
 В итоге, через трое суток очередного марафона Виталик вырубился, а я продолжала шастать по квартире и шизить.
 И тут я вдруг просто подпрыгнула от резкой трели дверного звонка!
 Кто это может быть? Ведь никто прийти не должен, да и никто не знает, что мы здесь.
 Далее уже просто стали молотить по двери чем-то тяжёлым...

 Глянув в глазок, я увидела нескольких мужчин.
 Через пару-тройку минут, не добившись ответа, они уже просто начали выбивать дверь!
 В ловушке.
Я попыталась растолкать Виталика, но он спал беспробудным сном и вообще никак не реагировал — валялся просто как труп.

 Я не понимала, что мне делать. В дверь продолжали стучать и уже кричали:

— Открывай! Открывай!

Кто это может быть?
 Да это могли быть кто угодно — или менты, или спортики от магазина, который мы в очередной раз кинули, или те люди, от которых Петя бежал так экстренно из этой квартиры.
 Они начали уже просто выносить дверь с ноги.
 Хоть мне, конечно, и было страшно, но всё-таки я понимала, что лучше уж открыть, чем дождаться, когда они окончательно её выбьют.

Я подала голос:

— Кто это? Что вам нужно?

 — Давай, открывай!!!

Открыв дверь, по первому же взгляду я определила, что это явно не менты, а просто обычные нарки. Мне сразу же стало спокойнее, ведь наркоманов я знала как облупленных и могла найти с ними общий язык.
 Они заскочили и тут же начали осматривать квартиру и спрашивали у меня:

— Где он? Говори, где он?!

Подошли к дивану, и, увидев, видимо, не того, кого они искали, спросили у меня:

— А кто вы вообще такие? Что вы здесь делаете? И где этот гандон Петя?

Я рассказала им всю правду как есть — и что действительно не знаю, где сейчас Петя, что он тут давно не живёт.
 Они, конечно, были удивлены, но поверили мне.
 Далее, в процессе разговора, они, естественно, тоже увидели, что я — наркоманка, да ещё и прямо сейчас под психостимуляторами.
 Спросили у меня:

— Слушай, а есть ещё соль? Мы, если чё, можем угостить тебя хмурым. Мы как раз купили адрес на этом районе и сейчас пойдём поднимать его.

Соли у нас оставалось ещё много (несколько ещё даже не распечатанных закладок), и я очень обрадовалась такому предложению. Мне очень хотелось употребить что-нибудь из «медленных» и, наконец-то, закончить марафон и лечь спать.
 Я, в отличие от Виталика, очень тяжело переносила отхода и не могла уснуть даже спустя сутки после последнего употребления стимуляторов.
Они предложили пойти сходить вместе с ними за закладкой хмурого, сказали, что она находится буквально в соседнем доме. Я согласилась, мне это было даже на руку, ведь кто знает, может быть, они сейчас уйдут и больше не вернутся, и мне не удастся ни избавиться от этой уже ненавистной соли, ни «полечиться» медленным.

 Да и Виталик мне за всё это время уже так надоел, так вытрепал мне все нервы со своей шизофренией, что мне просто уже хотелось пообщаться с какими-то другими людьми. Поэтому я пошла с ними, тем более что в наркоманах я всегда видела своих и не боялась их. А напрасно...
Зайдя в аптеку в соседнем доме за шприцами, мы действительно прошли ещё буквально два дома и зашли в подъезд.
 Один, по-видимому, главный и самый старший из них, которого они называли «Волк», остался со мной на лестнице на втором этаже, а двое других начали подниматься выше туда, где находилась закладка.
 Он стал просить меня, чтобы я дала ему соли, и он укололся, пока они там ходят. Я дала ему немного, но сама колоться не стала.
 Он очень быстро и профессионально всё сделал, тут же укололся и замолчал.
 Начали спускаться двое тех пацанов и ещё сверху крикнули, что у них ненаход.
 Блииин, да как так... Получается, я остаюсь ни с чем?

Они спустились, и мы начали общаться на тему того, как же можно всё-таки ещё замутить хмурого. Им, естественно, тоже хотелось соли, но я сказала, что больше не дам, пока они не достанут мне медленных н@ркотиков.
 Предложили они такой вариант — поехать к какому-то пацану к ним на район и попробовать взять с рук.
 Делать нечего, придётся ехать, и мы вызвали такси.

 Я уже наплевала и на оставшегося дома Виталика, который мог проснуться в любой момент и не обнаружить меня в квартире, и на собственную безопасность.
 Да уж, чувство самосохранения у меня раньше отсутствовало напрочь.
В такси мы ехали минут 20–30 и приехали в очень неблагополучный район на другом конце города.
 Машина остановилась возле старого трёхэтажного, даже не дома — домом это назвать было сложно, просто барак.
 Мы вышли и зашли в подъезд с деревянными старыми дверьми, на которых, естественно, не было даже замка с домофоном.
 В подъезде пахло плесенью, и вообще атмосфера была мрачной.
Выяснилось, что в этом бараке и живёт этот самый «Волк», а также барыга, который торгует с рук, но втридорога.
 Но с этим барыгой можно было попробовать договориться и обменять хмурый на соль.
 Они завели меня в комнату на втором этаже, где жил «Волк» вместе с одним из этих пацанов (ну, это как они мне сказали).
 Это была даже не квартира, а больше похоже просто на комнату в общаге.
 При входе было небольшое помещение, типа тамбур, где находилась раковина и вешалка, а дальше уже была сама комната.

 Интерьер был довольно скромный, если не сказать нищий: обшарпанные полы, разбросанные кругом мужские и даже женские вещи, а также немытая посуда на столе и гора окурков в пепельнице.
Я осталась в этой комнате с одним из пацанов, который, как он сказал, тоже живёт здесь — с довольно молодым и приятным парнем, и поначалу, вот так, с первого взгляда, он не вызывал абсолютно никаких подозрений, и я никогда бы не подумала, что он может представлять какую-то угрозу.
 Одну закладку с солью я уже отдала «Волку» на обмен. И мы с этим пацанчиком остались ждать. Помню, у меня ещё жутко болел желудок, и я просто сидела и молилась, чтобы он поскорее пришёл с «лекарством».

 «Волка» не было довольно долго, уже где-то с полчаса. Я начала нервничать. Блин, может, они меня сейчас вообще кинут? Не исключено.
 Да и вообще появилось какое-то плохое предчувствие.
Наконец-то появился «Волк», правда уже один, без третьего пацана.

 Зашёл с улыбочкой и, видя мой вопрошающий взгляд, сказал:

— Всё супер, малышка! Сейчас будем лечиться!

Началась варка хмурого. Наконец-то. Значит, всё нормально, и переживать не о чем. Как оказалось, я очень ошиблась...
 Содержимое фурика разлили на три порции и распределили по баянам, хотя я видела, что мне досталось намного меньше, чем им, но спорить не стала, ведь с непривычки, тем более после марафона, на ослабленный организм, можно и отъехать.
 Сначала пришлось уколоть молодого, а потом и сделалась сама. Сразу поняла, что мне много. Ну а дальше ничего не помню, провалилась в темноту мгновенно...

Спустя какое-то время я очнулась. Попросила воды и увидела, что в моей сумочке копошится «Волк».
 Моего телефона ни в руках, ни в карманах не было. Творилось что-то странное, я пока ещё своими затуманенными мозгами не могла понять что.
 Боже мой! А сколько же время? Там наверняка уже проснулся Виталик и с ума сходит от того, что я пропала из квартиры и не отвечаю на звонки!
 Я попросила вернуть мои вещи и телефон и сказала, что мне срочно нужно ехать домой.
 На что они посмотрели на меня уже абсолютно другими, не такими, как пытались казаться днём, изменившимися лицами, и «Волк» сказал:

— А ты больше никуда отсюда не поедешь! Мы отучим тебя колоться и шастать с незнакомыми мужиками!..


Продолжение следует...

[Vinsent Vega]

Кто хочет прочесть мой роман целиком, а также читать второй, пишите в лс, дам ссылку на мой тг канал 

+ Интересно пишешь в 90 х могла попасть в союз писателей,как Баян Ширянов,но сейчас времена другие и можно попасть только на нары за такое творчество хотя на мой взгляд это наоборот полезно для подрастающего поколения!Опыт который не стоит повторять.

[Shvarts1976]

М-да,солевая движуха-это нечто,- нечто крайне хуевое..Не хотел бы пройти этот путь.Какое "счастье" что я представитель старой школы-конопля,мак,трам,сибазон и конечно же алкоголь.

[ElenaSmitt]

Активисты - насильники.


После такого заявления, что они меня не выпустят, я конечно опешила.
Мне стало очень страшно, ведь подобный случай уже был со мной, когда меня заперли в квартире и изнасиловали.
Сейчас расскажу подробнее.

Это было, когда я первый раз прилетела к Виталику в его город, ну и через какое-то время мы с ним заторчали на солях и вот в очередной раз, когда Виталик переборщил и начал жёстко исполнять, по типу: закрываться в туалете и никого туда не пускать или например с телефоном бегать по окнам и снимать "врагов", его мать наорала на меня и сказала, чтобы я собирала свои шмотки и проваливала из их квартиры. Там уже и отец подключился и пригрозил мне, если я не уберусь добровольно, то применит физическую силу.
А Виталик в это время вообще никак не реагировал на это и на мои вопросы и просьбы вообще не отвечал.
Вот тогда впервые я столкнулась с его равнодушием, которое он потом обьснял просто тем, что был под н@ркотой.
 
А ведь мне вообще некуда было идти в этом городе, я никого не знала кроме Виталика и его семьи!
На улице был мороз -15 или -20. Естественно денег у меня тоже не было.
Но тем не менее, мне пришлось собраться и в слезах выйти на улицу вместе со всеми своими вещами.
Я была в полной растерянности и не знала куда податься.
Через остановку от того места, где они жили, была церковь и я решила пойти туда и попросить помощи или крова над головой.
В этой церкви я рассказала женщине, видимо церковной работнице, свою проблему и она куда-то ушла. А я осталась сидеть на лавке ждать.
 Её всё не было и не было. И тогда я просто оставила там свои вещи и вышла на улицу.

Я закурила и вспомнила, что тут на районе мы когда-то покупали закладку соли, но не смогли её найти.
И я решила дойти до того места и поискать её.
Пока я дошла время уже было около 11- ти вечера.
Это место находилось возле какого-то ночного клуба и бара, точнее напротив и искать мне надо было на глазах у толпы пьяного народа. Люди отдыхали в этих заведениях и выходили на улицу покурить, покидать петарды, подраться и всё такое...
На этих людей мне в тот момент было наплевать и я начала поиски.
Сначала пыталась разгребать снег руками, потом, когда руки сильно замёрзли и окоченели, начала уже психовать и просто ногами долбить по снегу и пинать все близлежащие сугробы.

Тут-то ко мне и подошла компания молодых людей. Спросили, что я тут делаю, а потом предложили выпить с ними.
Пацаны эти были не похожи на наркоманов, что меня уже насторожило тогда.
От выпивки я конечно отказалась и тогда они просто схватили меня и затолкали к себе в машину, сказали, что у них есть для меня кое-что поинтереснее.
В машине мы кстати вообще еле уместились. Их было человек 5 или 6 и сидела я всю дорогу у одного из них на коленках.
 По дороге тоже начало твориться что-то неладное.
Я слышала их разговоры, где они обсуждали как поступят со мной, говорили, что всё, я попалась, что теперь буду жёстко отрабатывать.
А я вообще не понимала, что происходит.
Может это моя шизофрения?  Ведь от соли меня ещё не отпустило, а у меня часто в таком состоянии были слуховые галлюцинации. Но нет, это всё оказалось на самом деле.

Через какое-то время мы подъехали к старой пятиэтажке и вышли.
Я уже вообще была очень напугана, замкнулась в себе и не разговаривала.
Но тем не менее поднялась с ними в квартиру.
В квартире уже и выяснилось кто это такие.
Оказалось, что это спортсмены-активисты, которые пиздят наркоманов, если увидят их роющимися у них на районе.
А ещё они сказали, что будут теперь держать меня здесь в этой квартире неделю, а то и больше, что отучат меня наркоманить, а также, что я не одна тут такая уже была.
Один из них ещё вдобавок был очень агрессивный и начал порываться меня отпиздить.
Меня всю затрясло, стало очень страшно.
Я заплакала, что ещё больше их выводило из себя.

Они отобрали у меня телефон и пошли выпивать на кухню, а мне сказали идти в ванную и подготовить себя для них.
Я заперлась в ванной и начала рыдать. Понимала, что кричать, просить о помощи бессмысленно. Они предупреждали уже, что если я пикну, изобьют.
Я как можно дольше старалась пробыть в ванной, но вскоре они вытащили меня оттуда.
Потом я осталась наедине с тем, что был самый агрессивный и он рассказал мне, что у него раньше была девушка, которая потом подсела на соль и стала наркоманкой и отсасывала всем подряд за дозу. 
Вот тогда он и сколотил эту, так называемую банду и они стали пиздить всех наркоманов, а девок держать в этой квартире и насиловать по нескольку дней.
Он утверждал, что таким образом они проучивают этих девчонок и, что после такого они точно больше не будут употреблять.
Короче они считали себя чуть ли не благородными спасителями.

Потом он стал лезть и приставать ко мне, а если я кричала или сопротивлялась, бил в живот и по почкам.
Мне пришлось уступить и всё случилось.
От боли, отвращения и обиды, я блеванула.
Но на этом всё не закончилось...
Далее произошло групповое изнасилование...
Потом какие-то провалы в памяти, но по-моему во время этого процесса я начала сильно кричать, истерить и видимо услышав эти крики, соседи начали стучать по батареям.
Наверное они этого испугались и каким-то чудом я оказалась на улице.

На улице моя истерика продолжилась. Я брела куда-то и во весь голос рыдала.
У меня был просто шок и болевой, и эмоциональный.
    Было уже утро, часов 7, люди шли кто куда, смотрели и шарахались от меня. Только один алкаш, который терся возле магазинчика, видимо ждавший пока он откроется, чтобы опохмелиться, спросил у меня, что случилось.
Я ничего не ответила, а просто ещё сильнее заплакала.
В какой-то момент я очутилась возле аптеки и у меня тут возникла мысль, попросить чтобы аптекарша позвонила в скорую, так как телефон мне мой так и не отдали.
   
Я так и сделала и минут через 15-ть подъехала машина скорой, но не просто скорой, а психиатрической скорой помощи.
Обнаружив меня в таком состоянии, они забрали меня в психушку.
Так первый раз я и оказалась в психиатрическом отделении...

А теперь вернёмся в тот самый злополучный барак, где я сидела почти в таком же положении, в компании "Волка" и его дружка....

Продолжение следует...

[ElenaSmitt]

Уголовный розыск.


Как только я услышала, что "Волк" сказал, что они не выпустят меня, мне сразу же вспомнился тот случай с изнасилованием.
 Мне стало так страшно, что даже бурлящая во мне н@ркота, казалось, развеялась и меня отпустило, как будто я и не кололась вовсе.
 Поначалу я вообще не понимала: может, у них шутки такие? И попыталась перевести всё в юмор.
 Но они были настроены серьёзно. Сказали, что не выпустят меня, пока я не найду им Петю и пока не отдам всю соль, которая у нас есть.
 Они отдали мне сумочку и телефон, правда, в сумочке уже не было ни денег (около 300р.), ни двух закладок с солью, которые я взяла ещё на всякий случай.
 Блин, им что, мало?! Вот скоты!

Судя по их состоянию, а были они тоже уже изрядно на шизе, никто меня насиловать не собирался. Фух, от этого, конечно, стало немного спокойнее.
 Я не знала, что мне предпринять, но понимала, что нужно как можно скорее выбраться отсюда и попасть к Виталику.
 Он, кстати, так и не звонил, значит, всё ещё спит — это хорошо.
 Тогда я решила предложить им уколоться ещё солью и попросила дать мне тоже.
 Я надеялась, что они выхватят лютую шизу и тогда на них можно будет как-то повлиять, чтобы они выпустили меня.

 Они согласились уколоться и мне тоже дали, но совсем чуть-чуть, а себе насыпали нормально — что было мне только на руку.
Первым укололся "Волк" и тут же забегал по комнате, потом стал за занавеску возле окна и начал пристально всматриваться куда-то. Потом что-то увлечённо искал в своём телефоне.
 Второй пацан сначала вообще стал какой-то растерянный, а позже опустился на колени и стал ползать по полу, собирать какие-то крошки и каждую крошечку засовывал в рот и пробовал на вкус.
 Я тоже сделалась, но мне было нормально, только я зачем-то стала звонить Виталику. Он не брал трубку.
 В какой-то момент "Волк" просто, ничего не сказав, вышел за дверь.

 Я поняла, что это мой шанс — с одним будет договориться проще.
 Я начала потихоньку собираться и вскоре просто сказала этому парню, что мне нужно домой и что я пошла.
 Он вообще никакого внимания на меня не обратил и продолжал заниматься своими суперважными делами.
Не помню уже как, но под вечер я добралась до нашей квартиры. Виталик всё ещё спал, но когда проснулся, я рассказала ему всё. Он, конечно, был недоволен и ругал меня, потому что переживал — ведь случиться могло всё что угодно.

 Во время своих шиз Виталик сбросил свой телефон до заводских настроек и поменял пароль, короче, не мог войти в аккаунт и посмотреть номер телефона хозяйки квартиры, чтобы поговорить с ней. Потому что на Петю надежды не было, хоть он и сказал, что всё уладил, но мне в это слабо верилось.
 Нужно было что-то делать, где-то находить деньги на оплату квартиры.
 У нас ещё оставалось штук 10–12 закладок с солью, и Виталик предложил продать их через Петю.
 Мы пригласили его к нам, он забрал две закладки и скрылся. После этого он не выходил на связь несколько дней... Вот так помог.

И тогда Виталик связался с одним солевым магазином и предложил ему продать адреса, которые он собирался сделать с этой оставшейся солью.
 Магазин согласился, и Виталик ушёл делать адреса.
 А я осталась в квартире. Я сильно заболела, у меня была очень высокая температура — под 39°, и я валялась и даже не могла встать, чтобы прибраться в квартире.
 Выпив парацетамол, я в какой-то момент вырубилась. Лежала абсолютно голой, в одних трусах, потому что обтирала себя холодным полотенцем.
 Проснулась я от каких-то криков.

 Открыла глаза и передо мной стояли мужчина и женщина с абсолютно изумлёнными и возмущёнными лицами.
 Я поняла, что это хозяева квартиры.
 Кое-как нашла и накинула на себя что-то из одежды.
 Оказалось, что Петя вообще не связывался с хозяйкой и всё это время она ждала оплаты от него.
 Я, конечно, начала объясняться, сказала, что мы обязательно заплатим через несколько дней. Но она была непреклонна и сказала, что если не заплатим сейчас, то должны собраться и съехать отсюда немедленно.
 Я сказала, что мы живём тут с мужем и что он на работе. Позвонила Виталику и обрисовала ситуацию. Он попросил, чтобы они его подождали.

Кстати, насчёт тех пацанов и "Волка", Петя нам потом рассказал, что это довольно опасные типы, и что они как-то вышли на него, стали угрожать, зная, что он закладчик, и требовали, чтобы он делился с ними, а также что "Волк" — это бывший муж Петиной девушки, и он теперь хочет отомстить им.
 Его девушку Марину они как-то поймали и держали несколько дней на той хате, били и издевались.
 Так что мне просто фантастически повезло, что я так легко отделалась.

 Пришёл Виталик и сразу же перевёл хозяевам деньги.
 Оказалось, он связался с магазином, объяснил ситуацию, и магазин пошёл навстречу и выплатил ему деньги авансом.
Так мы и прожили каким-то образом ещё несколько месяцев.
 И даже на какое-то время бросили употреблять.
 Это было прекрасное время: мы гуляли, наслаждались друг другом, иногда даже не спали целыми сутками, чтобы подольше побыть вместе, наговориться.
 Но, конечно же, омрачала это всё мысль о том, что Виталика ищут и рано или поздно поймают.
 А чтобы грамотно скрыться, нужны были большие деньги.
 А взять их, естественно, было неоткуда...

 Виталик время от времени подрабатывал по разным шабашкам — грузчиком, помогал на стройке и всё такое.
 Но денег, естественно, не хватало, а тут ещё и мне стало очень плохо — я сильно заболела.
 Держалась высокая температура и не спадала несколько дней.
 Мне уже казалось, что я умираю.
 Виталик тоже испугался, и тогда нам всё-таки пришлось обратиться в больницу.
 Мы вызвали скорую, и меня экстренно госпитализировали.
 Оказалось, что у меня пневмония.

 Больница была переполнена, и первую неделю я лежала в коридоре. Из этих дней я вообще практически ничего не помню, помню только, что мне делали уколы и я почти всё время спала.
Через неделю я более-менее начала приходить в себя и даже уже познакомилась там с девчонкой, и мы с ней спускались раз в сутки на улицу покурить.
 Однажды позвонил Виталик и просто шокировал меня очередной новостью:
 Оказывается, пока я здесь лежала, он устроился опять в наркошоп на мёд.

 Конечно, мне это не понравилось, тем не менее, я попросила его прийти ко мне и принести немножко мёда.
 И вот он уже должен был прийти, но позвонил мне и говорит:

— Лена, кто-то звонит настойчиво в дверь, я боюсь выходить! Что делать?!

  У меня сердце опустилось в пятки, я сразу же почувствовала что-то неладное.
 Почему-то я мгновенно поняла, что это менты.
 Я сказала ему подождать и пока никуда не ходить.
 Он так и сделал, посидел дома несколько часов, а потом всё равно приехал ко мне.

 Я спустилась к нему на первый этаж, он принёс мне огромный пакет с фруктами и передал мёд.
 Я обняла его и тут, за его спиной, увидела двоих мужчин, которые стремительно приближались к нам.
 По первому же взгляду я определила, что это менты. И не ошиблась.
   Они буквально подбежали к нам, одернули Виталика, заломали ему руки и, тыча в лицо ксивами, прокричали:

— Это уголовный розыск! Вы задержаны!..


Продолжение следует...

[ElenaSmitt]

Арест на кумаре.


Эти ребята из уголовного розыска оказались очень грубыми и церемониться с нами не стали.
 Тут же надели на руки Виталика наручники и повели на выход в машину. Все посетители больницы смотрели на это с выпученными и ошалелыми глазами.
 Я побежала в чем была вслед за ними и начала просто умолять их сказать, что же теперь будет с Виталиком.
 Еле успела взять у одного из них номер телефона, и они уехали в неизвестном направлении...

 У меня было состояние шока.
 Хоть, конечно, мы и знали, что это рано или поздно может случиться, но быть готовым к такому нельзя всё равно.
Чуть позже, немного успокоившись, я позвонила одному из ментов, и они сказали, что завтра повезут Виталика под их конвоем на поезде к нему в город, в Сибирь. Что он нужен там для проведения следственных мероприятий.

 Мне стало страшно, пусто... Всё, мой мир рухнул. В груди просто зияла открытая рана, которая постоянно адски болела...
 Я пыталась собрать мысли в кучу и решить, что же мне теперь делать, но вообще ничего не соображала. Только рыдала, не прекращая.
Уже ближе к ночи прервал мои рыдания звонок Виталика.
 Он сообщил, что они были на нашей квартире, обыскали там всё, но, слава Богу, ничего не нашли.
 Но есть нюанс: у Виталика в телефоне они нашли одну единственную фотку с довольно крупным весом.
 Но, по всей видимости, это их сейчас не интересовало, а может, они уже тогда передали эту информацию своим коллегам в Воронеже. А сейчас их задачей было просто доставить Виталика в Сибирь — по месту жительства и по месту проведения следствия. Ещё сказал, что его будет ломать, так как он уже успел подсесть на мёд.
От всего этого, конечно, я была в полной растерянности.

 На следующий день, с утра, я написала расписку на имя главного врача, и меня выписали под мою ответственность.
 Когда я зашла в нашу квартиру, я просто не узнала её. Всё было перевёрнуто вверх дном.
 Все шкафчики выдернуты, вещи разбросаны, даже продукты из холодильника и посуда...
 Царил полнейший хаос и разруха.
 Внутри у меня всё оборвалось...
 И тут мне в голову пришла шальная мысль, которая раньше всегда приходила мне на ум в таких тяжелейших экстремальных ситуациях — это мысль о том, чтобы уколоться солью и не чувствовать, не понимать ничего, что происходит в реальном мире.
Все деньги Виталик перевёл мне на карту, и поэтому проблем с тем, чтобы взять соли, не возникло.

 Спустя, наверное, час или два, я уже мчалась за закладкой.
 Быстро нашла нужное место, подняла прямо на глазах у водителя и поехала обратно в разгромленную квартиру.
 Оказавшись в квартире, я даже не полностью раздевшись, дрожащими руками, как у забулдыги в тяжелейшем похмелье, рассыпая н@ркотик, кое-как сделала себе инъекцию...
 Попыталась прилечь на кровать, но мне тут же стало очень дискомфортно от того, что подо мной оказались какие-то из разбросанных ментами предметов.
 Ну а следом сразу же пришла шизофрения...
 Я услышала голоса ментов во дворе (через закрытые окна и седьмой этаж).
 Моя шиза толкала в голову мысли о том, что раз менты знают уже этот адрес, возможно, они установили слежку.
   С каждой минутой шизофрения нарастала, а моё тело всё больше напрягалось, и меня скрючивало и корчило на этой кровати...

Не знаю, сколько я пробыла в таком состоянии, но через время у меня так схватило поясницу, что я едва могла дыхнуть. Всё из-за пережитого стресса и нервов, плюс я усугубила это ещё солью, которая только усиливает мышечные спазмы.
 С горем пополам я пережила эту ночь. А на утро стала искать Виталика и позвонила тому челику из уголовного розыска.
 Он сказал, что пока Виталик находится здесь, на ИВС, а завтра они уже повезут его в Сибирь на поезде в 2 часа дня.
 Ещё сказал, что я могу прийти передать ему вещи и продукты.
 Значит, нужно было приходить в себя, набираться сил и мужества и идти в мусарню.
 Ведь я не могла вот так просто бросить Виталика там без ничего, и ещё мне, конечно, очень хотелось увидеться с ним.

Мои сборы были ооочень долгими. Хоть и соль с утра я уже не употребляла, но отойти было довольно сложно.
 Я вколола мёд, который был у меня, но и он мне слабо помог.
 Вообщем, собралась я уже к вечеру.
 Хорошо, что дома были всевозможные продукты и сигареты, и не нужно было идти в магазин.
 А ещё в хлеб я спрятала очень трогательное письмо для Виталика.
 Тогда я думала, что больше не увижу его очень много лет, думала, что его увезут в Сибирь и закроют там в СИЗО.
 Но оказалось не совсем так. По ходу дела расскажу, как получилось.

Уже поздним вечером я добралась до ИВС и сначала долго ждала у проходной. Потом ко мне подошёл мужчина в форме и взял у меня пакеты, сказал, что свидание невозможно. Пересмотрел продукты, нашёл моё письмо и сказал, что это не положено. Но я просто умоляла его передать письмо со слезами на глазах. И тогда он сжалился, прочитал письмо, понял, что там ничего такого не написано, а только слова поддержки и любви, и согласился передать.
 Ехала обратно я вообще какая-то потерянная, даже забыла свою трость, с которой начала ходить уже тогда, в машине такси.

 Приехала снова в эту опустевшую, разгромленную квартиру и снова начала рыдать.
Мне очень не хватало Виталика, его разговоров, смеха, заботы. Я понимала, что теперь осталась совсем одна, и чувство потери и одиночества разрывало моё сердце.
 Ведь несмотря на то, что иногда Виталик вёл себя как последний мудак, в быту он очень хорошо себя проявлял (если только не под солью, естественно), помогал мне по дому, делал массаж для моей покалеченной спины, заботился обо мне так, как никто никогда в жизни, готовил еду, дарил подарки.
 Он, кстати, был совсем не жадный, и когда у него были деньги, он покупал мне всё, что я захочу.
 Никогда не повышал на меня голос, не оскорблял. Да мы с ним вообще практически никогда не ругались.
 А по вечерам читал мне книги вслух.
 Постоянно заряжал меня позитивом и надеждой на будущее.
 А сейчас это всё лопнуло, как мыльный пузырь, и ничего не осталось... И снова я осталась одна, лишь со своей разрушенной жизнью и один на один с этим жестоким миром и своей зависимостью.
Тем не менее я понимала, что сама постоянно стремилась в эту пропасть, своими руками превратила всё вокруг в полнейшую задницу, а теперь пожинаю плоды. От этого я чувствовала обиду и лютую ненависть к себе.
   Тогда всё это казалось мне вообще чем-то беспросветным, казалось, что нет абсолютно никакого выхода, я просто не верила уже в себя и в свои силы, а от этого меня очень часто посещали мысли о суи***де...

Я решила во что бы то ни стало увидеть его ещё хотя бы раз. И в голове у меня родился план.
 Я задумала приехать завтра на ж-д вокзал и найти там его.
 Кое-как я выдержала эту ночь, конечно же снова кололась солью и слушала грустные песни о любви и разлуке.
 А с самого утра начала собираться, потому что очень боялась опоздать к приезду поезда, а учитывая моё состояние, собираться я могла целые сутки.
 И вот время уже подходило к тому, чтобы выходить. Я вызвала такси, оделась, обулась, но тут вдруг не обнаружила ключа, чтобы закрыть дверь.
 Я начала второпях искать его, но его вообще нигде не было! Хотя я прекрасно понимала, что он где-то дома, ведь вчера я открывала им дверь, но видимо под солью, как это часто у многих бывает, положила его куда-то и забыла.
  Я судорожно переворачивала квартиру, такси ждало уже около получаса, денежки за ожидание капали, водитель постоянно звонил мне, но мне никак не удавалось найти этот проклятый ключ.
 Я понимала, что уже опаздываю, и просто плюнула на всё и вышла, оставив дверь открытой.
 Конечно, воровать там было особо нечего, но вот либо соседи, либо вообще кто угодно мог заглянуть туда и просто оглохнуть от того, что там творится...
 А там помимо полнейшего хаоса, перевёрнутой мебели и всех вещей, ещё по всей кухне валялись зиплоки!
 Но я просто не могла не сорваться и не поехать увидеться последний раз с Виталей...


Продолжение следует...

[ElenaSmitt]

Неудачное прощание и новый МК.


Пока я ехала в такси на вокзал, неожиданно раздался звонок. Это был Виталик!
 Взволнованным голосом он сказал, что они на вокзале, что ему отдали телефон и разрешили увидеться нам!
 А в ответ я порадовала его новостью, что как раз сейчас и еду туда. Он воодушевился невероятно. А потом в смс мне написал о том, чтобы я взяла ему пайку "мёда" поправиться, так как его кумарит. И даже написал план, как я должна была осуществить ему инъекцию. Говорит: когда подойдёшь обнимать меня — незаметно всадишь укол мне в ляшку)))

 Но его планам не суждено было сбыться, так как я уже ехала в такси и причём сильно опаздывала, потому что не учла того, что на дворе было 28 декабря и весь город стоял в предновогодних пробках.
До отправления поезда оставалось уже полчаса, а мы всё ещё никак не могли доехать.
 Я сказала водителю, что опаздываю на поезд, и он делал всё возможное, что было в его силах, но быстрее ехать не получалось.
 На каждом светофоре у меня сжимались челюсти и пульсировали виски от напряжения, я вся ерзала на сиденье, материлась, дёргала руками, вздыхала и то дело смотрела на стрелочку в навигаторе.

 Осталось 10–15 минут до отправления поезда.
Мы всё ещё ехали.
 Таксист уже сказал, что мы не успеем, что можно разворачиваться назад. Но я настояла, и мы продолжили путь. Мне просто не верилось, что вот так вот, из-за моей тупости, я просрала шанс последний раз увидеть Виталика.
Прибыли мы на место ровно в 14:00, тютелька в тютельку, когда отправляется поезд.

 Я выскочила из машины и бегом побежала на проходную.
 Прошла рамку, выбежала на перрон и увидела уже трогающийся поезд.
 Он только начинал разгоняться, и я побежала вдоль него, благо он отправлялся с первой платформы.
 Я бежала, смахивала с лица градом катившиеся слёзы и всматривалась в каждое окошечко, надеясь увидеть там Виталика.
 Бежала до тех пор, пока поезд уже совсем не обогнал меня, и самый последний вагон не превратился лишь в маленький чёрный квадратик вперёди...

 Просто не описать словами, что я чувствовала в тот момент. Даже сейчас тяжело это вспоминать, тяжело даже представить, какого мне было...
 Хотя на вокзале и было довольно шумно, я вообще перестала слышать звуки, в ушах был словно вакуум.
 Я просто оглохла от своей боли...

Я вышла за территорию вокзала и дрожащими пальцами взяла сигарету.
 Позвонил Виталик, сказал, что он вместе с ментами видел меня и что даже их тронула эта сцена.
 Он тоже плакал. Я слышала, как дрожит его голос.
 Менты его одергивали и просили успокоиться, иначе они заберут телефон.
 Тогда мне пришлось положить трубку, чтобы мы оба немного пришли в себя. Хотя как тут придёшь — это действительно была настоящая трагедия для нас.

Я пыталась вызвать такси, но все машины были надолго заняты, около часа не меньше надо было ждать.
 Тогда я подошла к привокзальным таксистам, но они заломили просто космическую цену.
 Всё из-за этой предновогодней суматохи — хлебное время для бизнеса. А вот для наркоманов праздники всегда связаны с проблемами.
 Ведь очень часто в праздники бывают перебои с поставками н@ркотиков или клады быстро разбирают, да и курьеры тоже люди и тоже устраивают себе выходные.
 Аптеки, нужные магазины тоже в праздники работают по другому графику. Высокие цены на поездки в такси.
 Плюс увеличивается число напившихся храброй воды алкашей, которые, во-первых, очень шумно и некультурно себя ведут, а во-вторых, могут и увидеть в лице наркомана врага или жертву и обрушить на него всю свою синюю бычку.
 Так что праздники для обычных людей — это совсем не то, что праздники для наркоманов.

А мне же ещё нужно было как можно скорее возвращаться в квартиру, в которой творился полнейший хаос и бедлам и которая оставалась открытой и совершенно без присмотра.
   Тут ещё у меня стал просто разрываться телефон от уведомлений и звонков на аккаунте Виталика.
 Звонил человек из медового магазина и голосом с сильным кавказским акцентом что-то требовал.
 Я положила трубку и увидела в Телеграмме адрес нового мастер-клада, который этот нерусский чувак и требовал поднять, сфоткать и раскидать.
 Упускать возможность забрать "мёд" я не хотела и поэтому написала, что всё сделаю в лучшем виде. Естественно, ничего раскидывать я не собиралась, а вот уколоться "мёдом" и забыться очень захотелось.
 Но конечно же, как только я смогла дождаться такси, я поехала к нам в квартиру.
 В лифте столкнулась с соседом по лестничной клетке. Но он у меня, слава Богу, ничего не спросил. И я надеялась, что он не заглянул в нашу квартиру.

 Я вошла и опустилась в кресло, немного отдохнуть. Тут на глаза мне попалась моя сумочка, я взяла её. И что же вы думаете — я там обнаружила тот самый ключ!
 Видимо, пока я ездила, нервничала, да и бегала по морозу столько времени, мои мозги проветрились, я отошла от соли и стала уже более адекватной. И уже просто не могла понять, как я могла не посмотреть в сумочке до этого?!
До вечера я употребила оставшуюся соль, и было принято решение о том, что нужно как-то забирать "мёд".
 Но ехать за большим количеством я боялась, тем более в таком состоянии.
 Тогда я позвонила ещё одному пацану, с которым мы познакомились за это время — Петиному знакомому с погонялом "Дэнс".

 А "Дэнс", потому что от употребления стимуляторов у него развилась побочка — дёргать руками и ногами, как в каком-то нелепом танце. И хотя он уже и бросил употреблять психостимуляторы, побочка эта никак не оставляла его.
 А сейчас Дэнс плотно сидел на "мёде".
 Я ему позвонила и попросила просто приехать, по телефону ничего говорить не стала.
 Этот "Дэнс" — Дима — оказался, кстати, очень хорошим человеком, ни разу нас не подставил и много чем помог, хорошо относился к Виталику и ко мне.
 Поэтому я и решила позвать его, так как доверяла ему больше всех.

Он приехал и, мягко сказать, был шокирован и моим видом, и окружающей обстановочкой...
 Мы прошли на кухню и сели за стол.
 Я сидела уже вообще с каменным лицом, у меня просто не осталось никаких сил, чтобы выдать хоть какие-то эмоции. В общем, сидела как пришибленная.
 А Дэнс же наоборот болтал без умолку, причём очень, как мне казалось, громко, пытался меня успокоить, приободрить.
 Но когда я ему рассказала, зачем всё-таки позвала его, он запнулся.
 И категорически отказался ехать поднимать "мёд".
 Я была, конечно, удивлена его отказом, ведь я думала, что как и любой другой наркоман, он не упустит возможность раскумариться на халяву.
 Но Дэнс оказался не из таких.
 У него ещё сохранились мозги и чувство самосохранения, а тем более у него уже были проблемы с ментами.
 Поэтому, опираясь на здравый смысл, он и сам отказался и меня стал отговаривать ехать.

Как я его ни просила, он так и не согласился. Я давила на жалость, говорила, что мне очень плохо, что мне это просто необходимо, но он был непреклонен.
 Сказал, что может помочь чем угодно, например, убраться в квартире, но только не этим.
 И действительно вымыл посуду и начал приводить нашу квартиру в более-менее божеский вид. За что я безусловно ему очень благодарна.
 Ещё удивил тот факт, что никаких даже намёков, например, на то, что мы с ним одни в квартире и никто не узнаёт, что можем сделать всё, что захотим, тоже не было.
 Тогда я действительно поняла, что этот Дэнс — единственный друг у нас.
 Ведь не раз бывали такие случаи, когда Виталины "друзья" подкатывали ко мне, как только он отвернётся.

Дэнс нашёл конверты Виталика со споровыми отпечатками разных видов волшебных грибов.
 Там была огромная коллекция — около двухсот штук. И даже Виталик многие из них не попробовал выращивать.
 Дэнс попросил подарить их ему, я согласилась и отдала в знак благодарности.
 Позже мы, кстати, с ним связывались, и он показывал мне "урожай".
 Уехал он от меня уже глубоко за полночь.
 Сказал, что не оставит меня одну в беде и обязательно завтра после работы заедет навестить меня.
 Также ещё предупредил, что не стоит ехать ни за каким "мёдом".

 Но разве я послушала его? Конечно, нет.
 И уже ближе к часам шести утра вызвала такси...


Продолжение следует...

[Martin]

Интересно и жизненно 🔥💖

[ElenaSmitt]

Солевой обморок.


Я поняла, что, как обычно, положиться можно только на саму себя.
 Взяла с собой небольшой термос с кипятком, сапёрную лопатку, которую Виталик приобрёл ещё давно, чтобы ездить за труднодоступными кладами, и вызвала такси.
 Нужно было ехать сейчас, когда на улице не так много людей и ещё довольно темно.
 И вот около шести утра я выехала.
 Ехать надо было минут двадцать, а само место находилось за многоэтажными домами, прямо рядом с речкой.
 Я вышла из машины и отпустила водителя.
 Естественно, мне было страшно, но за это время, за все эти многочисленные "шизы", я настолько привыкла к этому чувству страха, что воспринимала его уже нормально. Страх был в голове все эти месяцы постоянно, словно фоновый шум.
На улице был ещё ужасный гололёд, а я шла без своей, забытой в такси, трости и очень боялась упасть.

 Шла, можно сказать, ползла, практически не отрывая подошвы от земли.
 Навстречу мне прошли двое собачников и очень странно на меня посмотрели.
 Я подождала, пока они пройдут дальше, и подошла наконец к нужному месту.
 Довольно быстро обнаружила свой свёрток. Он был просто спрятан в пожухлой мерзлой траве, так что даже лить кипяток и долбить землю не пришлось.
 Резким движением я закинула достаточно увесистый свёрток к себе в пакет и начала уходить оттуда.

Ещё до часа пик я успела вернуться домой. Позвонила "Дэнсу" и сказала, что я забрала, пригласила его бесплатно раскумариться. Он, конечно, был в шоке. Он действительно поверил мне, что я никуда не поеду. Но это была бы просто не я, если бы не поехала.
 С Виталиком мы тоже были на связи, ему удавалось позвонить мне на долгих остановках на станциях.
 Он говорил, что его не собираются закрывать, а просто сейчас доделают какие-то следственные действия, отправят на психиатрическую и наркологическую экспертизу и всё, больше он им будет не нужен, они передадут дело в суд. Но это всё, конечно же, будет только после новогодних каникул, поэтому задержится он там неизвестно на сколько — может даже и на месяц.
 Я тогда не поверила в это. Я думала, что менты ему так говорят специально, чтобы он не чудил в дороге.

Итого у меня оказалось в распоряжении даже не 50, а почти двести граммов мёда!
 Оказалось, что меньше мастер-кладов не было, и Виталику выдали такой крупный вес, чтобы он всё расфасовал и сделал тоже МК по 20 граммов.
 Тому не русскому чуваку я написала, что забрала, даже сфоткала и отправила фото мёда на весах — всё как положено.
 Вот только раскидаю сказала тогда, когда они переведут деньги за те клады, которые сделал Виталик до этого. Так как оказалось, что ему не выплатили деньги за предыдущую неделю работы.
 Он, конечно, стал возмущаться и давить на меня, но в итоге сказал, что обсудит это с "хозяином".
Вечером приехал "Дэнс", укололся и снова начал прибираться в квартире.

 У меня же вообще настолько болела спина, что я даже нагнуться и поднять что-то с пола не могла. Я сделала себе специальную палку, уже не помню из чего — в общем, палку с крючком на конце, чтобы можно было что-то доставать или поднимать, не наклоняясь.
 Потом "Дэнс" уехал, а я стала закалываться этим мёдом.
 Несколько дней ничего не ела, только пила воду и кололась, так как кусок просто не лез в горло.
 Дозу я себе делала такую, что сразу после ничего не помнила и находилась в забытье несколько часов.
 Виталик все эти дни очень переживал за меня, особенно когда не мог дозвониться. Говорил, чтобы я не трогала больше "мёд". Но я не слушала его.

Наступил Новый год.
 Виталик был у себя дома.
 Ему сказали прийти в ментовку сразу после новогодних каникул, в общем, ещё несколько дней после них ему нужно было быть там.
 На Новый год он бухал со своим отцом и другом, напивался сильно, так как его кумарило, а алкоголь ему временно помогал.
 Я же сидела одна.
 Дэнс обещал зайти навестить меня, но так и не пришёл.
 И вот, второго или третьего числа, я в очередной раз стояла на кухне и варила себе дозу в ложке над электрической комфоркой.
 И даже, ещё не доварив, просто упала в обморок.

 Упала со всего своего роста назад, на спину, плашмя.
 Упала и ударилась я очень сильно, прямо на свой покалеченный позвоночник, чего допускать было категорически нельзя, ведь там у меня стояла огромная железная конструкция, после моего выхода в окно.
 Может быть, я вырубилась ещё от болевого шока — не знаю.
 Очнулась я, видимо, только через несколько часов и сразу просто ахерела от дикой боли в позвоночнике.
 Встать на ноги я не могла и поняла, что случилось что-то страшное.
 Телефона у меня не было, он как назло лежал в зале, куда я не в состоянии была добраться.
 Я лежала на полу, не могла пошевелиться и чувствовала только одно — адскую боль и физическую, и моральную.
 Слёзы катились у меня по бокам из глаз ещё и от осознания того, что я абсолютно одна в этой квартире, и никто не придёт мне на помощь, а если и придёт — я просто не смогу открыть дверь.
Под рукой у меня было только одно — н@ркотик.

 Я понимала, что мне нужно дотянуться хотя бы до него, чтобы уколоться, и тогда, возможно, боль облегчит и я смогу дойти или доползти до телефона.
 Но сделать этого мне никак не удавалось, от малейшего шевеления всё тело пронизывало острой болью.
В таком состоянии, лёжа на полу, я провела около суток.
 Потом, кстати, когда я сделала снимок, на снимке показало, что я сломала себе ещё пару позвонков и даже саморез сломался пополам в конструкции.
 А ещё я сдавала анализ крови, и у меня обнаружили сильнейшую анемию, гемоглобин был около 80. Скорее всего, из-за этого я упала в обморок, ну плюс, конечно же, уничтожение себя веществами только усугубило эту ситуацию.

Всё это время я слышала, как буквально разрывается в зале мой телефон. Я знала, что звонит Виталик. Конечно, он очень переживал за меня и сотню раз предупреждал, чтобы я не кололась, так как очень боялся, что я могу отъехать и никого рядом не будет, чтобы оказать мне помощь.
 Он вообще очень волновался и нервничал, когда приходилось оставлять меня одну, а тут пришлось оставить, причём так надолго.
 Он даже в магазин старался меня одну не отпускать, ведь я могла споткнуться и упасть просто на ровном месте.
 Так уже было несколько раз, но хорошо, что Виталик был рядом и смог вовремя меня подхватить, чтоб я не упала.
 Ходил по улице со мной, исключительно держа меня крепко за руку, как ребёнка.
 А уж мысль о том, что его в скором времени посадят, вообще сводила нас обоих с ума...
И вот, спустя примерно сутки, я наконец-то смогла привстать, дотянулась до ложек и шприцов и кое-как сварила себе дозу.
 Насыпала я на глаз, было в тот момент не до весов. И насыпала очень много, так как мне казалось, что чем больше я вколю, тем больше облегчу эту невыносимую боль.
 Стоя на коленях, я сделала себе инъекцию.
 И всё — после этого настала абсолютная темнота, я провалилась в небытие...

Каким-то чудом я не умерла, а очнулась через какое-то время — не знаю, возможно, прошли ещё сутки или часов 12.
 И первым делом я, конечно же, вновь сделала себе дозу и снова вырубилась...
Так продолжалось два или три дня.
 Я просыпалась от адской боли, делала себе дозу и снова засыпала, прямо там же, на полу.
 Через пару дней я смогла первый раз за это время добраться до туалета, хорошо, что в коридоре был огромный книжный шкаф и, опираясь на него, я дошла до туалета.
 А потом я уже и смогла дойти до комнаты и взять, наконец-то, телефон.

 Первым делом позвонила Виталику и рассказала всё.
 Он даже расплакался, когда услышал меня, ведь он думал всё, думал, что я умерла 100%. И во всём винил себя.
 Даже не представляю, что он переж
ил за эти дни...
 А ещё он сказал, что позвонил хозяйке квартиры и рассказал ей, что я не выхожу на связь, и попросил её приехать.

— О, Боже!!! Зачем? Что ты наделал???

 — Лена, а что мне было делать? У меня не было другого выхода, ведь ключ был только у неё!

 — Но ты знаешь, сколько здесь у меня н@ркотиков! А если она приедет с ментами???

Виталик перезвонил ей и сказал, что всё разрешилось, но она ответила, что уже едет ко мне и хочет лично убедиться, что у неё в квартире всё в порядке...
 
На снимке ниже видно, что один из болтов конструкции сломан, это произошло именно тогда. А сейчас я жду сложнейшую операцию на позвоночник по замене этой конструкции.

Продолжение следует...